Прежде всего хочу разочаровать ожидающих от меня истеричного клёкота, что мол – наказание Божие! Хуже. Мы сами себе наказание. А Господь милует не наказуя.
Тут мы без посторонней помощи управляемся. В плане самоуничтожения нам равных нет.
Начали макак совокуплять – СПИДОМ заразились. Половина мира искусства перемерла. Особенно при срамных «передачах».
Теперь начали макак жрать – природа вновь взбунтовалась.
Это некий процесс саморегуляции. Мы тоже часть мира Божьего. У нас отношения с природой на гораздо более глубоком уровне, чем принято считать.
Нет ничего удивительного в том, что в паутине вселенной, пронизанной нитями «тёмной» материи, сквозь время и обстоятельства это глобальное единство распространяется и на менее обширные участки Бытия. Такие, как человек.
Подобная взаимосвязь даже пугает. Тем более что в последнее время в киноискусстве усиленно муссировалась тема «живых мертвецов».
А я слышал, что много случаев, когда люди, якобы уже умершие от вируса Эболы, оживали через несколько дней. Мне нигде пока не удалось узнать: что у них там с мозгом? Но арбалет на всякий случай купил. А мечи и сабли у меня с детства были.
Так что на первых порах справимся.
И если вы думаете, что я шучу – вы тоже заблуждаетесь. Улыбка есть, но грустная. С нами случается всё, о чем мы фантазируем сообща, параллельно умерщвляя планету. Не Эбола, так что-то другое. Какая разница? Сроки ускорились. Научно-технический прогресс позволил нам думать в одно время об одном и том же миллионами голов. Телевизор рулит, рекламодатель жжёт. Ему на всё кроме денег наплевать. На него надежды нет. По его логике, хорошо всё, что хорошо продаётся. А, как известно, лучше всего продаются наркотики.
Но возвращаясь к Эболе. Я не врач, я просто внимательный человек и я понял вот что: Америку трусит от ужаса перед этим заболеванием. Обаму сенаторы открыто в телеэфире называют идиотом за то, что тот до сих пор не запретил авиарейсы из Африки.
Отчего такая истерика? Значит – есть от чего.
Но, как метко заметила Ангела Меркель: что русскому хорошо, то немцу смерть.
Кто его знает: как у нас с этим вирусом сложится? Может наоборот – польза какая выйдет?
В день моего рождения среди гостей, присутствующих на празднике, развернулась бурная дискуссия. Поводом к ней стала критика возлюбленной тетеревицы Оксаны нашего с Варечкой поступка, а именно: гуляя по ядроминскому сельскому кладбищу, мы полакомились ирисками, оставленными кем-то на свежей могиле. Я искренне полагал, что конфетки оставляют мудрые родственники усопшего в расчете на то, что проходящие мимо путники угостятся ими и помянут усопшего добрым словом. Каждому известно, что православные христиане истово веруют в силу поминания. С каждым добрым словом улучшается положение души в загробном мире. Восходит душа ступенями света к сияющему в небе Престолу Божию. У купцов прошлого столетия считалось обыкновением в завещании отдельной бюджетной строкой указывать оплату поминовений в десяти монастырях на сто лет.
Каково же было мое недоумение, когда Кыса выдвинула в качестве доминирующей гипотезы следующую версию: мол, ириски покойникам оставляют.
Я, Маша Голубкина и дети сочли это абсолютным абсурдом, потому что покойники по сладкому «не парятся». Покойникам и без ирисок есть чем досуг занять. Однако матушку поддержали остальные гости. Мы надеялись, что на нашу с Машей и детьми сторону встанут космонавты, но они по дороге попали в аварию и не приехали. Таким образом, было соборно решено сладостей с могил не кушать, за исключением крайних случаев.
