Аргументы в пользу канонизации Филиппа Августа были основаны, прежде всего, на некоторых "чудесных" знамениях, которыми была отмечена его жизнь, начиная с его рождения. Его отцу потребовалось три брака и пять лет неудачных попыток с третьей женой, Аделью Шампанской, прежде чем у него родился этот сын, а ранее рождались только дочери: разве это не замечательно? Как говорит Ригор, Филипп на самом деле был ребенком Провидения, как позже назовут и Людовика XIV. Более того, у его отца были видения еще до его рождения. Тот же Ригор сообщает о чудесах, которыми отмечено правление Филиппа: пшеница на полях, вытоптанных его кавалерией в 1185 году, выросла заново; источник воды появился, когда его армия находилась на грани обезвоживания во время кампании против Ричарда Львиное Сердце в 1188 году; в 1189 году он обнаружил ранее неизвестный брод, который позволил его войскам пересечь Луару. И еще битва при Бувине, чудесная победа, одержанная в воскресенье, над врагами Церкви, под пение псалмов. За месяц до его смерти комета возвестила о "ликовании небес, которые радуются скорому прибытию столь великого гостя". Когда его тело перевозили, на окраине Манта, точно на том месте, где был поставлен одр, произошли чудеса. И не случайно он умер как раз в тот момент, когда в Париже проходило заседание церковного собора. К этому следует добавить видения, в том числе видения одного кардинала, который в Риме, как говорят, видел душу Филиппа Августа, вырванную у дьявола самим Св. Дени, который забрал ее в чистилище, которое теологи просто выдумали, как блестяще показал Жак Ле Гофф.
Конечно, некоторые люди были канонизированы и за меньшее. Тем не менее, деяния короля посчитали слишком незначительными. Филипп Август сам ходил в крестовый поход, посылал своего сына против катаров, преследовал евреев и подавлял еретиков, но этих заслуг было уже недостаточно для Церкви XIII века, которая теперь требовала также образцового нравственного поведения. А этот отлученный от церкви король, двоеженец, "предававшийся еде и питью, женщинам и неистовым приступам ярости, не соответствовал новой модели святости", пишет Жак Ле Гофф. Так, что в святости Филиппу Августу было отказано.
Но ведь будет еще Святой Людовик. А между отвергнутым дедом и канонизированным внуком находилась Бланка Кастильская, свидетельница правления первого и воспитательница второго. Она явно присутствовала на похоронах своего грозного свекра, но полностью отсутствовала в документах: ни слова о ней не было сказано в завещании Филиппа Августа и в предсмертном разговоре короля с принцем Людовиком; ни одного упоминания в хрониках описывавших похороны. Будучи невидимым и немым свидетелем похорон короля, она, тем не менее, прониклась чувством ответственности, которая теперь ложилась на нее как на королеву Франции.
Филипп Август умер 14 июля 1223 года и был похоронен 15 июля, а 30 июля его сын, принц Людовик, ставший королем Людовиком VIII, отправился со своей супруой, королевой Бланкой Кастильской, в Реймс на церемонию коронации. Терять время было нельзя: впервые король сменил своего отца, не будучи коронованным при жизни последнего, и даже если его право на престол не оспаривалось, интервал между смертью отца и коронацией сына должен был быть минимальным, так как это могло привести к вакууму власти.
Тем не менее, внушительной процессии потребовалось шесть дней, чтобы добраться из Парижа в Реймс, делая остановки в Бове и Суассоне. Это событие было исключительным: прошло почти пятьдесят лет после последней коронации в Реймсе, которой была была коронация Филиппа Августа в 1179 году. К сожалению, обстановка не соответствовала моменту: собор перестраивался, нынешних башен не существовало, хор не был достроен, и церемония проходила под открытым небом, в разгар строительства нефа. Однако вся символическая утварь была на месте, и длинный обряд прошел 6 августа без происшествий. На коронации присутствовали архиепископ Реймса Гийом де Жуанвиль, архиепископы Санса, Буржа, Руана, Лиона, многочисленные епископы, главные бароны, включая графиню Жанну Фландрскую, и короля без королевства Жана де Бриенна. Филипп Юрпель, единокровный брат короля, нес меч, знак власти, перед королевской четой. Аббат Сен-Дени привез регалии: скипетр, корону, посох, который позже назовут рукой правосудия.
