Мы подошли к тому самому флигелю, где на втором этаже призывно светилось окошко. Нас встретил неизменный тусклый фонарь, небольшая, прохладная передняя, выкрашенная в бледно-бирюзовый цвет и узкая деревянная лесенка на второй этаж. Вадим с легкостью поднял мой тяжеленный чемоданище и двинулся вверх по лестнице. Я поплелась следом, лелея надежду, что этот сумасшедший день близится к завершению.
И вот длинный коридор, выстланый ковровой дорожкой, двери… двери… двери… Моя дверь оказалась в самом конце коридора. В замочной скважине торчал ключ.
Спасибо вам, заботливые люди! После моих сегодняшних приключений упереться в закрытую дверь было бы выше моих сил.
Перед тем как разойтись мы разыграли небольшую пантомиму — я театрально раскланялась, прижав руку к сердцу, давая понять всю глубину моей признательности. Вадим же всем своим видом выразил — ерунда, не стоит благодарности. В тот самый момент, когда он двинулся обратно по коридору, а я занялась ключом, мне показалось, что за спиной у меня тихонько скрипнула и чуть пристукнула дверь. Я обернулась — все спокойно.
Пожав плечами, я перешагнула порог моего нового пристанища. Нашарила выключатель, вспыхнул свет.
Ух ты! Обстановочка-то историческая. Кинув чемодан у входа, я осмотрела кухню-гостиную. Плита, стилизованная под печь, латунный таз в качестве раковины, блестящие медные краники. В маленьком шкафчике я обнаружила мини-холодильник. Мало того, чья-то заботливая рука загрузила туда с полдюжины яиц, бутылку молока и кусок масла. В буфете я обнаружила пачку печенья, чай в пакетиках и жестянку с сахаром. Будет чем позавтракать.
За высокими распашными дверями оказалась спальня. Стены обтянуты голубыми шпалерами, белая французская штора из легкой ткани чуть колышется ветерком из приоткрытого окна, высокая кровать застлана белым стеганным покрывалом, рядом с ней комод, в дальнем углу платяной шкаф. Ближе к окну — небольшой столик с ящичками, вполне может быть и письменным и туалетным, а может и тем и другим. Наборный паркет слегка похрустывал и поскрипывал, но мне и это понравилось. Музыка времени.
За узкой дверью в углу притаилась очаровательная ванная комната с выскобленным добела дощатым полом, купелью на бронзовых лапах, а самые что ни на есть удобства выглядели вполне в духе 19 века. Я покрутила фарфоровые краны — вода оказалась вполне приличной, хоть и попахивала болотцем.
Моя скромная обитель совершенно меня очаровала. В такой обстановке будет легко погружаться в костюмные роли. Только вот мои крепостные коллеги едва ли жили в таких роскошных условиях. Я вернулась в кухню.
Надо бы побыстрее разобрать чемодан, он так и валяется возле входной двери, нарушая очарование старины своим современным видом. Я потянулась было за ним и вдруг замерла на месте.
Кругом царила полнейшая тишина, но я отчетливо почувствовала, что за дверью кто-то стоит. Значит и скрип двери в коридоре мне не почудился. Я сделала бесшумный шаг к входной двери и рывком распахнула ее.
Чей-то силуэт отпрянул назад, в темноту.
— Да ладно, входите уже, раз я вас застукала. — милостиво разрешила я.
Силуэт сделал шаг вперед и из темноты вышла девица. Белокурая, голубоглазая, с фарфоровой кожей. Воздушная. Розовая от смущения.
Как раз такая, какую, должно быть, искала Регина, когда ей вероломно подсунули меня.
— Извините. — девушка виновато улыбнулась, — Так глупо получилось.
— Да войдите же, я закрою дверь. Или вы мимо проходили?
Девушка робко шагнула в мою комнату и тихонько прикрыла дверь.
— Просто мне показалось… Извините.
— Это вы извините. Мы вас разбудили?
— Вы… Вы одни? — она обежала глазами комнату. — Мне послышалось…
— Мне ваш доктор помог вещи донести. Я одна.
Мне показалось, девушка вздохнула с облегчением.
— А что, должен был кто-то еще приехать? Может я в чужую комнату вломилась? — спохватилась я.
— Нет-нет, все правильно! Мне просто показалось… Я Лика! — она лучезарно улыбнулась, — Можно на ты.
— Договорились. Я Тина.
— Ты ведь маркиза де Мертей?
Я подтвердила ее догадку.
Мой чемодан стоял поперек дороги, и только я протянула руку, чтобы его убрать, как он вдруг открылся сам собой.
— А это мой чемодан!
Мы рассмеялись. С Ликой мне было легко.
— А почему ты здесь? Не на дне рожденья…
— Меня не пригласили. — грустно призналась Лика, — Ты наверно устала с дороги, а я тут…
— Устала, как собака, — призналась я, — но не лягу пока не разберу вещи. Уже даже чемодан намекает.
Лика помогла мне втащить раскрытый чемодан в спальню, и, пока я распихивала вещи по ящикам комода, она поставила чайник, загремела посудой в буфете, уверяя, что с дороги мне надо выпить чаю.
— Ой, что это у тебя?
Я обернулась. Лика уже была рядом и подбирала с пола карты из бабушкиной колоды. Одним движением я собрала колоду, выхватила мешочек из Ликиных рук, сложила в него карты и сунула в ящик письменно-туалетного столика.
— Извини, пожалуйста, я неуклюжая такая. — Лика так мило смущалась, что сердиться на нее было невозможно.
— Я сама его уронила.
— А ты гадаешь?