Хозяин добрался до нее, не произведя ни малейшего шума. Он осторожно наклонился и открыл железную дверцу. Было заметно, что он не в первый раз занимается этой ночной работой. Пахнуло угаром. Он поставил фонарь на пол и взял принесенную палку, чтобы с ее помощью отыскать отверстие в трубе от дымохода, ведущего к печке Гагена, которая еще топилась. Оно быстро нашлось. Тогда, просунув руку в трубу, Джон Ралей палкой заткнул отверстие. Теперь угар должен был распространиться по спальне Гагена и поставить точку в черном деле, которое замыслил Митнахт.
Джон Ралей рассчитывал извлечь из него двойную выгоду: во-первых, присвоить большую сумму денег, которая была у богатого путешественника, и во-вторых, заработать на этой «случайной» смерти приличное вознаграждение у нанявшего его господина, приезжавшего с Мак Алланом.
Затворив печную дверцу, Джон Ралей по звону дверного колокольчика услышал, что кто-то вошел в дом. Бесшумно спустился он с лестницы. А в это время наверху стал распространяться ощутимый запах угара.
V. АДСКИЙ ПЛАН
Несколько дней спустя после последнего посещения Бруно сумасшедшего дома Дора Вальдбергер шла по дороге к замку, погруженная в сильную задумчивость. Она торопилась. Лицо ее было мрачно, лоб наморщен, по глазам было видно, что ее что-то одновременно сильно заботит и приводит в ярость. Одета она была в темное, как всегда, платье и старый платок.
— Теперь кончено, — с угрозой бормотала она. — Теперь ты узнаешь меня. Ты хочешь меня выгнать, и старый дурак директор во всем слушается тебя. Погоди, ты еще раскаешься в этом. С Дорой нельзя так обращаться. Если я уйду, то от всего вашего заведения пшик останется. Настанет его последний день.
Подходя к замку, Дора увидела, что перед ним остановилась карета, из которой вышел господин с бледным, истощенным лицом. Одет он был очень изящно и походил на англичанина.
Господин подал свою визитную карточку камердинеру Максу, сказав, что должен говорить с графиней по очень важному делу.
Дора решила подождать, пока посетитель уйдет, и повернула в лес, чтобы там, в уединении, обдумать новые планы.
Макс, взяв карточку приезжего господина, провел его в приемную и пошел докладывать графине, которая только что окончила свой туалет.
Взяв карточку, графиня прочитала по-английски: «Мистер Мак Аллан». А внизу карандашом было написано: «Посланный г. фон М.»
— Из Америки! — прошептала графиня, повернувшись к лакею спиной. — От него… — Она на мгновение задумалась, пристально глядя на карточку, потом сказала: — Проводите этого господина в гостиную.
Камердинер поклонился и вышел.
«От него… — мысленно повторила Камилла фон Варбург, и на ее бледном лице отразилось сильное волнение. — От него! Что он хочет? Денег? Снова денег, ненасытный! Неужели же он посвятил во все этого господина? Нет, Курт не настолько глуп. Но, с другой стороны, дав ему поручение, он должен был до известной степени ввести его в курс дела. Что ж, это надо будет выяснить».
«Мистер Мак Аллан», — снова прочитала она на визитке. Затем вышла в гостиную.
Ирландец при ее появлении учтиво встал.
— Простите меня, графиня, — сказал он на ломаном немецком языке, — я не мог, проезжая… — Тут он совсем остановился, не находя нужных слов.
— Говорите на вашем родном языке, — сказала графиня по-английски.
— О, графиня, благодарю вас за вашу любезность и снисходительность к моему незнанию и в то же время не могу не выразить своего удивления тем обстоятельством, что вы так хорошо владеете английским.
— Да, даже, может быть, немного лучше, чем вы немецким, — усмехнулась графиня. — Но я давно уже не имела случая попрактиковаться. Садитесь, сударь, и скажите, что привело вас ко мне?
Графиня не случайно перевела разговор на английский. Так было надежней, поскольку прислуга не понимала его.
— Я приехал из-за океана, графиня, из Америки, — начал Мак Аллан. — Я скучал по своей родине, Ирландии, и по Лондону, которых не видел много лет. Зато я столько слышал, что в замке Варбург живет такая восхитительная женщина, что не мог не продлить маршрут своего путешествия и не приехать сюда.
— Неужели? — сказала графиня.
— О да! Я приехал в этот замок, чтобы увидеть его хозяйку, и я не солгу, если скажу, что щедро вознагражден за мое путешествие тем, что имею честь говорить с потрясающей красавицей.
Графиня холодно засмеялась: за свою жизнь она слышала много подобных комплиментов.
— Боюсь, сударь, — сказала она, — что это удовольствие не вознаградит вас вполне, ведь на вашей карточке стоит: «Посланный от фон М».
— От фон Митнахта, который живет в Америке под именем фон Арно, — пояснил Мак Аллан. — Накануне моего отъезда он сообщил мне некоторые обстоятельства и дал одно поручение, поскольку, посетив вас, я навсегда потерял сердечный покой.
— Господин Митнахт живет в Нью-Йорке? — перебила графиня словоизлияния ирландца. — Он мне хотел через вас что-то передать?
— Хорошего мало, графиня. Жалобы, одни жалобы.
— Что это значит? Разве бывшему моему управляющему плохо живется?
