Однако он чуть-чуть опоздал: графиня только что вышла отсюда. Повинуясь жгучему желанию, Филибер неслышно подкрался к двери в соседнюю комнату и приподнял портьеру: графиня задумчиво стояла посреди комнаты.
Только что слуга привез ей из города известие о том, что доктор Гаген благополучно возвратился из путешествия.
Вдруг она почувствовала, как кто-то обнял ее. Графиня вздрогнула, резко вывернулась. Перед ней стоял капеллан. Он схватил ее руку и прижал к губам.
— Сжальтесь! Простите! — залепетал он.
— Откуда вы взялись? — гневно спросила графиня.
Филибер молча махнул рукой в сторону коридора.
— Я погибаю, — продолжал бормотать он. — Где бы я ни был, твой образ всегда передо мной. Я потерял сон. Камилла, выслушай меня, — продолжал он, словно брЃдя, упав на колени перед графиней, которая с досадой глядела на него. — Подари мне хоть один миг блаженства у твоих ног!
В первую минуту графиня хотела гневно оттолкнуть обнаглевшего капеллана, но потом вдруг передумала и даже заставила себя скрыть неудовольствие. У ее ног ползал раб ее красоты. А его, если захотеть, всегда можно использовать как послушное орудие.
— Даже под страхом смерти, — продолжал Филибер, — я пришел бы сказать тебе о своей любви. Дай же мне одно мгновение полного блаженства! Или я сойду с ума!
— Вы знаете, капеллан, что впадаете в грех, когда делаете подобные признания? Ваш сан не позволяет вам иметь связи с женщинами, не так ли?
— Пусть я погибну, но я не могу иначе. Эта любовь сильнее меня, — дрожащим голосом сказал Филибер.
— Хорошо. Оставим это. Вы клянетесь в вашей ко мне любви. Но чем вы ее докажете? Одними пустыми словами?
— Требуй от меня что хочешь. Назначь сама цену твоему расположению. Позволь мне служить тебе, Камилла. Я умру за тебя! Для меня больше не существует ничего на свете, кроме тебя…
— Встаньте, Филибер, сюда могут войти служанки. — Графиня протянула капеллану руку. — Я вижу, что придется приказать заколотить дверь в коридор, не то вы когда-нибудь ворветесь ко мне в спальню.
— О, как я был бы рад, если бы мне это действительно удалось!
— Успокойтесь и выслушайте меня, Филибер.
— Только одно слово сострадания!
— Я прощаю вас.
— О, благодарю, благодарю! — страстно прошептал капеллан, поднимаясь.
— Но вы должны представить мне доказательства вашего ко мне расположения, Филибер. Я не верю словам и обещаниям.
— Приказывайте. Я сделаю все!
— Вы знаете, что принц Аналеско живет у нас в городе под чужим именем?
— Под именем доктора Гагена. Но его светлость путешествует…
— Он уже вернулся. Он, правда, не знает, что вы здесь, и тем более не знает, что Леон Брассар живет в замке под именем Гедеона Самсона. И ничего этого он ни за что не должен узнать.
— Что же я должен сделать?
— Найти Этьена и постараться выведать его планы и виды на будущее, а главное, думает ли он о Леоне, любит ли его. Вы меня понимаете, Филибер?
— Вполне. Я все узнаю.
— Попробуйте заговорить с принцем о замке и обо мне и понаблюдайте, как он отреагирует на это.
Капеллан отступил.
— Вы хотите помириться с ним и снова сойтись?
Графиня холодно засмеялась.
— Это могло бы случиться, — сказала она, получая заметное удовольствие от испуга, который прочитала в глазах Филибера.
— Это могло бы случиться? — удрученно переспросил тот.
— Если вы не помешаете, — засмеялась графиня. — Ступайте, капеллан, и постарайтесь выполнить мое поручение.
Не прошло и четверти часа, как Филибер в графской карете уже ехал в город исполнить поручение и, главное, узнать, насколько велика вероятность, о которой со смешком и между прочим упомянула графиня.
Доктор Гаген вернулся к врачебной практике. Дел у него было невпроворот. Бедняки со всей округи шли к нему за помощью, и он сам днем и ночью готов был откликнуться на зов страждущих.
Бруно мог только удивляться подвижничеству Гагена, который всего себя целиком отдавал заботам о страждущем человечестве. Доктор без колебаний шел туда, где был нужен, и никто не знал, что получает помощь от человека, который по своему положению и богатству мог бы всю оставшуюся жизнь посвятить одним только развлечениям. Более того, многие нуждающиеся вообще иной раз не знали, от кого им приходит помощь.
В тот день, когда Филибер выехал из Варбурга, Гаген, как всегда, вернулся домой поздно и, наскоро подкрепившись, ушел в кабинет, чтобы написать несколько писем в Париж и Вену. Мысль о сыне мучила его. Он хотел узнать истину. И тут он услышал, как звякнул входной колокольчик. Старуха-экономка открыла дверь и пришла доложить о приезде капеллана. Гаген взглянул на нее с удивлением — капеллан? Что за капеллан?
Но он не успел еще ничего сказать, как на пороге возник и склонился в низком поклоне Филибер. Гаген вспомнил, что в прежние времена он был духовником Камиллы. Как попал он сюда? Приехал из Парижа? От старого Брассара? Не привез ли он известий о Леоне?
Гаген встал навстречу вошедшему.
— Позвольте, ваша светлость, напомнить, кто я…
— Не трудитесь, — перебил его Гаген, — я помню вас. И оставьте «светлость» в покое. Раз уж вы нашли меня, то знайте, что здесь я живу под именем доктора Гагена. Вы из Парижа?
