Рассказ с элементами экзотики и мистико-фантастической темой. Я сохранил в тексте одну дату (12 июня), как напоминание о непредсказуемости мира, хотя ее вполне можно было исключить. Однажды в конце "перестройки" Б. Н. Стругацкий предложил конкурс на тему "12 июня 2018 года". Потом 12 июня сделали так называемым "днем независимости России". Кто знает, что еще может приключиться с этим числом, хотя ни точные годы, ни числа, не имеют значения для сюжета рассказа.
1
Большую часть ночи не могли заснуть, но под утро утомились и затихли. Поутих и ночной звериный концерт в лесу, окружавшем хижину. Несмотря на теплое дыхание, и на тепло, излучаемое во тьму множеством мальчишеских тел, стало почти прохладно. Один, худой, как кузнечик (где теперь его детское имя?), около глиняной печи, занимавшей самый центр строения, подтянул колени к животу, обнял их руками, а когда этого оказалось недостаточно, чтобы согреться, не просыпаясь, заполз внутрь и сжался, как мог, плотнее (локти, колени) на сером и мягком, как начинающийся рассвет, пепле.
В этот момент вошли охотники. В страшных масках, ритуальной раскраске, жилистые, озабоченные. Пинками, тычками поднимали детей, выгоняли наружу, гнали по хорошо им известной тропе (им - но не детям) - спотыкающихся, еще сонных, вверх, вниз, вправо, влево, огибая красноватый скалистый гребень. В небе таял бледный серп. Чувствовалось, несмотря на прохладу, что день будет еще более жарким, чем обычно, а до дождей далеко.
Привели и оставили в неширокой долине, по дну которой в дождливый сезон бежал, ворочая камни, поток. Сейчас одни только камни там и были - синеватые, розоватые, серые. Сами охотники растворились мгновенно в лесу по сторонам - среди обвитых лианами деревьев, все просветы между которыми, казалось, намертво заросли колючим кустарником. Настолько, что и тропинку, по которой пришли, насилу отыщешь.
Все ждали. Дети, с тревогой и нетерпением (скорей бы) вглядываясь в начинающий уже дрожать и струиться воздух над пересохшим руслом, взрослые (отцы), из-за деревьев глядя на детей, приготовившихся к испытанию, внешне бесстрастные, внутренне исполненные той смеси восторга и ужаса, которую дает незамутненная рассуждениями вера в чудо (которое нельзя заставить произойти - сколько бы раз оно ни происходило - которое может повернуться не так - или оказаться недобрым).
Не у всех мальчиков были живы родители - сироты стояли на дне сухого потока наравне с остальными. Отсутствие одного из них заметили, но было уже слишком поздно.
Рыбы пришли, как приходили всегда с незапамятных времен в день Испытания. Как обычно, никто (даже колдун) не видел, ни в какой момент, ни откуда в точности они появились. Секунду назад их не было - и вот уже в воздушном мареве посередине русла сверкают серебряные спины. Рыбы стремились вниз, а дети, как могли, пытались их ловить - хватать обеими руками, сбивать ударами на землю. Все кончилось очень быстро. Воздух опустел, а на камнях остался улов. У этого две, у того три, у кого-то дюжина...
Из лесу вновь вышли взрослые. Теперь они были без масок, лица их улыбались. Улов был неплох - лучше, чем во время прошлого Испытания. Счастье, удача, защита от зла - для себя и для племени. Колдун подходил к каждому ребенку, внимательно смотрел на него, на рыб - запоминая их число, форму, и кто знает, что еще. Когда с осмотром было покончено, прикасался кончиками пальцев к голубоватой чешуе - и рыбы исчезали. Но считалось, что теперь они незримо сопровождают каждого...Улов счастья...
2
На рассвете у ворот католической миссии нашли подкидыша. Необычным был возраст ребенка - лет восемь-девять, и то, что он казался погруженным в глубокий наркотический сон. А впрочем, почему казался - был. Брат Ксавье, веснушчатый, начинающий лысеть глава миссии, иезуит с пятнадцатилетним стажем и врач - с двадцатилетним, в данном случае не видел причин не доверять собственному опыту. На всякий случай он оттянул веко мальчишки, - так и есть. Покачал головой, окинул взглядом истощенное тело со вздутым животом. Длинные конечности, вытянутый череп, кожа довольно светлая. Из горцев. Ну ничего, выживет.
Брат Ксавье велел перенести ребенка в лазарет. Он уже решил, что ребенка можно будет оставить при миссии. На воспитание сирот орденом выделялись кое-какие деньги. Пытаться пристроить подкидыша в деревню бессмысленно. В долине горцев не любят, считают дикарями, да и вообще он слишком большой. Но для школы при миссии еще годится...
Брат Ксавье вытер платком лысину и пошел к себе в кабинет заполнять бумаги.
С каждым годом бумажной работы становилось все больше. Надлежало сообщить о подкидыше по линии ордена, также местным властям (к счастью, с нынешним правительством у ордена складывались хорошие отношения, так что с этой стороны неприятностей не ожидалось). Все это - в письменном виде, на нескольких почти идентичных, но все же немного различающихся бланках (что требовало внимания). Ребенка надо будет крестить, подобрать ему имя, заполнить формы, относящиеся к крещению. В некоторых документах, что уже совсем абсурдно, понадобится указать дату рождения, которая не известна никому в подлунном мире, даже в племени, откуда происходит ребенок, потому что у горцев нет календаря...
Простейшее решение - проставить то же число, что и сегодня. Минус девять, нет, лучше восемь лет. Месяца июня двенадцатого числа.
3
