Блеф демона полностью

— Да чтоб тебя, — выругалась Элис, появляясь в дверях печи. — Сколько раз мне ещё смывать это дерьмо?

Я не сводила глаз со Скотта, потянувшись к Кистену; кожу защипало, когда Элис рванула линию через своего фамильяра.

— Вы обе задержаны для допроса Ковеном мораль… —

— Teneo! — крикнула Элис, а я дёрнула Кистена из ящика. Мы рухнули на пол — его тяжесть придавила меня почти полностью.

Скотт пригнулся; вокруг него щёлкнул кратковременный защитный круг. Он впитал чары Элис — и рассыпался. Наморщив лоб, Скотт выпрямился во весь рост, и из него потекла латынь, делая воздух дрожащим.

Нежить спящая — это плохо, и я выдернула ноги Кистена из ящика, едва не уронив его, когда он тяжело перевернулся на вдохе.

— Беги! — встала Элис, странная смесь смертельной сноровки и неряшливых больничных штанов с демоническими тапками на ногах, и шарахнула в Скотта россыпью крошечных шариков чистой силы. — Тащи его к печи! Всё у нас есть. Заклинание сделаем здесь. И не смей уходить без меня.

Скотт метался из стороны в сторону, уклоняясь от «огненных шариков из ада», пока один не задел плечо и он не понял, что в них нет магии, и угрозы они не представляют.

— Кто ты такая? — заорал он, уже собирая энергию, как яблоки с веток, чтобы пустить её на себя.

— Teneo! — радостно крикнула Элис, и Скотт взвизгнул, ныряя в сторону; рутина Ковена на ящики захрипела и задымилась, пытаясь пролезть внутрь и схватить кого бы то ни было.

Она снова делала мою работу. Стиснув зубы, я потащила Кистена в печную, бирка на пальце жалобно шуршала по полу. Кожу покалывало от выработанной впустую силы, что пропитала помещение; тонкие ручейки энергии бегали из кончиков пальцев к локтям, моё ци требовало что-нибудь сделать — или взорваться.

Каталка Джонни занимала почти всю комнату, я усадила Кистена в угол и подтянула простыню повыше.

— Сиди тут, — прошептала я — и подпрыгнула, когда грохот, как гром, встряхнул с потолка пыль. Вот тебе и «отпугивающие чары и пассивные ловушки». Если Элис не угомонится, кого-нибудь разбудит.

— Прости, Джонни. — Со сжатым нутром я скатила давным-давно мёртвое тело с каталки на решётку. Дверь печи была тяжёлой, я закрыла её, уже было надавила — и в последний момент выдернула волосок: чтобы его потом можно было опознать. Заперла и сунула ключ в карман. Я обязана поблагодарить его семью. Сказать, что Джонни помог спасти другого. Может, это поможет, когда «их» тело исчезнет.

В главной комнате Элис выругалась — и Скотта скрутило, уродливый сухой кашель вырвался, словно он задыхался.

— Не убивай его, Элис, — прошептала я, и на меня накатила волна вони — густой, едкой. Глаза защипало, я прижала ладонь к носу, стараясь не втянуть в себя смрад. Пыльца пикси тебя побери…

— Герой одного заклинания, да? — крикнула Элис, а Скотта снова вывернуло. — Подавись, старик!

Я едва видела, нажимая кнопки, — печь завелась. Горелки ударили глухим, сотрясающим душу «тумп», и я, освобождая место, выкатала каталку в зал.

— Пошли! — Я нащупала в кармане мел и вывела огромный круг — почти на всю комнату: хватит на троих. — Почти дома, Кистен, — прошептала я, убедившись, что он внутри. Ал бы нахмурился. Дженкс бы ржал до слёз. Айви бы…

Крик боли Элис полоснул по мыслям, как пощёчина.

Я подняла взгляд, мел в руке.

— Элис…

— Кто ты, чёрт тебя… — Скотт заорал на неё, и я рванулась к двери.

Злость вспыхнула: Скотт навалился на неё, кулак вцепился в рубашку у горла.

— Убери руки, — процедила я, и он почти рассмеялся, посчитав меня слабее.

У меня было два хороших разряда, может, три, если выбрать верно.

— Visio delii! — крикнула я и швырнула в него крошечную долю линии.

Глаза у Скотта округлились: он отпрянул от Элис, решив, что, если заклинание попадёт, ослепнет. На самом деле энергии там едва хватало, чтобы замутить зрение. Но он-то этого не знал.

— Implicare! — я поплыла вперёд, как мстительный дух, и по полу вокруг ног заклубилась вонь её ослабших чар.

Бледнея, он попятился от чёрных завитков, что тянулись туда, где он только что стоял: витки должны были сжаться и перехватить горло — если бы я вложила в них силу. Они были такими слабыми, что едва держали форму.

Я добралась до Элис и встала над ней, пока она держала руку на шее. Глаза влажные, злость вспыхнула — и она сломала чары Скотта.

— Parvus pendetur fur, magnus abire videtur, — пропела я, чувствуя, как тёмное проклятие расползается по мне пауками, — швырнула сперва пустяшный «тычок» вправо, чтобы он шарахнулся, — ровно в настоящее заклинание, дожидавшееся его слева, то, на которое я берегла всю энергию. Нелегальная магия из хранилища демонов: проклятие, которое выворачивает следующее заклинание против самого колдуна. Если он ничего не сделает — отделается легко. Но я сомневалась. Следующие пять минут обещали быть интересными.