Констанс со спокойной грацией бросила окровавленную салфетку на труп.
— Чтобы управлять, надо убивать, — сказала она, и в этих словах раскрылась вся её стратегия выживания — без любви, без привязанностей. — Чем раньше ты это усвоишь, тем быстрее тебе больше не придётся этого делать.
— Брэд ранен? — внезапно прозвучал её ласковый голос. — Пайк, меня расстраивает, как мало ты заботишься о безопасности брата. Он не должен был быть здесь.
Я подошла ближе к Айви.
— Есть и другие способы решать проблемы, кроме как убивать одну из сторон конфликта. Ты только что оставила целую семью без главы, и Виктор ничуть не стал от этого счастливее.
— Со мной всё хорошо, — прошептал испуганный вампир-нежить. Но это только разозлило меня сильнее.
— Ты так мало понимаешь, Рейчел, — отозвалась Констанс, и в её голосе послышалось нечто, смутно напоминающее нотации моего демонического наставника — Ала. — Это не твоя вина. Ты прожила лишь ничтожную долю лет — и все их живой.
Её движения были насыщены плотской, ленивой уверенностью. Она села в самое большое кресло, превратив его в трон. Айви сразу же поднялась. Один только Брэд остался сидеть — он мог себе это позволить: в своей детской простоте он лишь почесал шею, чтобы стимулировать укус.
— Успокойся, Виктор. Я не собираюсь тебя убивать, — сказала Констанс, и вампир-нежить с облегчением выдохнул. — Хотя Брайс была права. Если ты не справляешься с малейшей конкуренцией — не выживешь.
—
В голосе Виктора появилась новая интонация — капризная, почти по-детски обиженная. Манипулятивная. И она сработала.
— Видишь, Рейчел? — Констанс поигрывала жемчужным ожерельем, пока Пайк поднимал перевёрнутое кресло. — Предвидение может быть доступно даже молодым, — заметила она, расплывшись в закрытой улыбке. — Виктор, за твоё прозорливое видение я дарю тебе потомка Брайс — бери себе. Кровь у него будет безвкусной, но поддержит тебя. Обращайся с ним хорошо — может, научишься убеждать кого-то, что ты их любишь, и тогда разбогатеешь.
— Спасибо, Констанс, — процедил он сквозь зубы, раздражение никуда не делось. — Я бы хотел получить и остальных её…
— Остальных её детей я оставлю себе, — перебила Констанс, и приподнятые брови сделали её тон откровенно угрожающим. — Все довольны, — добавила она, и это прозвучало не как утверждение, а как приказ.
— Это же всем выгодно! — радостно воскликнула вампирша, с наслаждением используя новенькое для себя выражение. — Виктор не умрёт от голода. Я получаю вливание столь необходимых детей. — Констанс встала и подошла к телу Брайс. — А
— Ты должна была предвидеть это и разобраться сама, Рейчел. Учись убивать своих змей. Я тебе не мать.
Я начала было возражать, но слова замерли на губах, когда Констанс подняла тело Брайс и… швырнула его вниз по лестнице.
Раздалась ужаснувшая всех тишина — а затем вполне предсказуемый всплеск паники. Пайк поморщился, зажав переносицу двумя пальцами, пока гости бросались к выходу. Один из официантов посмотрел наверх, затем поспешно скрылся — надеюсь, за мешком для трупа.
Если бы не одежда, на каждой ступени остались бы куски Брайс.
Разложение шло стремительно.
— Ну конечно, всё, что даётся легко, в итоге кусает меня за задницу, — пробормотала я.
Пайк бросил взгляд с Брэда на меня.
— Пожалуй, мне стоит этим заняться, — сказал он и помог брату подняться на ноги.
Но теперь вопрос был решён. Виктор не умрёт с голоду, и слухи разнесутся по городу: Констанс делает свою работу.
Ну, по крайней мере в её собственном понимании этого.
— Уходите, все, — сказала Констанс, при этом ласково улыбаясь Виктору и похлопывая по стулу рядом с собой. — Нам с Виктором нужно поговорить.
— Ага… — выдохнула я, когда зрачки Виктора расширились от ужаса.
Пайк резко остановился, придерживая Брэда за локоть:
— Я останусь, — предложил он, напомнив мне Кистена — всегда готового защитить меня от своих же диких сородичей. — С работниками морга всё равно придётся договариваться, а у тебя это получается лучше, чем у меня.
— Нам понадобится как минимум двое, — сказала Айви, её улыбка была натянутой. — И пицца бы не помешала. Эй, Брэд, пошли вниз. Хочешь пиццу?