– Ха! – На лице Лефевра вдруг появилось радостное мальчишеское выражение. – А у меня все руки не доходили разобраться, для чего это меню!
Он жестом развернул голографическую панель, с которой осуществлялось управление системами кабинета. Окно стало непрозрачным, и на белом фоне возникла розово-красная птица «Стерны». Лефевр вызвал на экран карту, исчерченную красными линиями. Трассы перелетов?.. Потом еще одна карта, потом – изображение с видеокамеры у лифта, чертежи, схемы. Он явно привык работать с несколькими информационными потоками одновременно.
– Интересная игрушка, господин Ховард. Красиво, – констатировал Лефевр. Файлы исчезли, красная птица поблекла, и по ставшему прозрачным стеклу двинулись две пульсирующих красных точки с силуэтами самолетов: система отслеживала посадки и взлеты из аэропорта Инсбрука. – О практической пользе спросите меня через пару недель. Думаю, да, мне понравится.
– Вот как. – Ясон спрятал улыбку за очередным глотком. Есть люди, для которых любое новое обстоятельство превращается в препятствие. Топ-менеджер «Стерны» явно относился к другому типу: для него даже строгий офисный костюм был не ограничением, а набором дополнительных возможностей.
Лефевр поболтал виски в бокале – янтарная жидкость мерцала на рифленых гранях стекла. Предложил:
– Называйте меня Демьен. Видимо, я слишком долго проработал за пределами Европы, и «господин Лефевр» звучит как-то диковато.
– Принято, Демьен. Взаимно, прошу.
Его свободная, но не фамильярная манера общения Ясону импонировала, однако расслабляться не стоило.
– Уверен, что ты догадываешься, что поводом для нашей встречи стала Айрис. И твое совсем недавнее знакомство с господином Кимом.
– Догадываюсь.
Лефевр жестом предложил еще виски. Сумеречный пейзаж за окном пересекали три красные линии, вдоль которых двигались точки самолетов. В кабинете, реагируя на недостаток уличного света, автоматически начали разгораться лампы.
– Сейчас моя команда завершает разработку программного комплекса, – продолжил Лефевр. Он оперся локтями о колени и крутил бокал в руках между ладонями. – Айрис – ведущий специалист, отвечает за формирование компоненты. Я не замечал, что она испытывает стресс больший, чем обычно, поэтому не сразу понял, в чем причина ваших встреч. Сначала мои аналитики думали, что у вас исключительно личные мотивы, пока не отследили передачу софта. Я продвинулся явно дальше господина Кима и могу сказать, что это не Айрис передавала софт тебе, а ты – ей. Я прав?
– Да, это так, – не стал увиливать Ясон. Моя команда, мои аналитики. Маленькая империя внутри империи.
– Вопросы сбыта «цифры» меня не интересуют. Твое прошлое увлечение хардом, кстати, тоже. В Индии он давно легализован, хотя некоторые считают это безнравственным способом сокращения населения.
Лефевр не паясничал – просто сообщал факты. Ясон молчал, ожидая.
– Как выглядела ситуация для меня, – продолжил тот. – В январе Айрис заявила, что у нее получается нечто уникальное, и стала встречаться с тобой чаще. Четыре дня назад она сказала, что почти закончила. Потом ты встретился с Айрис. Потом – с господином Кимом. И в этот день моя программистка исчезла.
Лефевр поставил бокал на журнальный стол и сосредоточился на Ясоне.
– Я хочу предложить тебе сделку. Найди Айрис и ее программный комплекс.
В воздухе неожиданно возник запах кофе и чернослива. Ясон еще раз вдохнул аромат виски – из бокала пахло морем и солью, а запах чернослива плыл в стороне, настораживающий и призывный, как желтый сигнал светофора. Этот фантомный аромат нередко заставлял Ясона принимать неожиданные решения – например купить акции компании, разработавшей голографические проекции. И именно эти решения приносили наибольший доход.
– «Стерна» не может найти своего сотрудника без моей помощи? – Ясон прощупывал почву, пытался уловить правила предстоящей игры.
– Я найду. Вопрос только в том, сколько времени это займет.
Лефевр говорил спокойно, без рисовки – он был уверен в своих возможностях. Это только больше распаляло любопытство Ясона.
– Почему Айрис не работает в каком-нибудь бункере под постоянным надзором?
– Все, что делается в бункерах, непременно становится предметом повышенного интереса. Айрис удавалось сохранять неизвестность гораздо дольше, потому что она жила как обычный программист. Более-менее. Не считая зарплаты. К тому же, она ненавидит замкнутые пространства.
Ясон задумчиво следил за маслянистыми разводами виски на стенках бокала. Лефевр говорил правду, но явно не всю.
– Почему ты предлагаешь это мне, Демьен?
– Я никогда не ставлю все на одну лошадь, – пожал плечами Лефевр. – Ты уже начал искать Айрис. Сейчас она явно скрывается – от Кима, возможно. И, возможно, случайно становится невидимой и для меня.
– Ким работает на конкурентов «Стерны»?
