– Животные из зоопарка, – ответил статс-секретарь Ресс. – До него всего два с половиной километра. И за ними почти никто не следит.
– Все звери? – спросил кто-то. – Львы, тигры?
– Боюсь, что так.
– Вот, – сказал Динхоф. – Не представляю, как люди из Европола дошли до этого, но они оказались правы. Мы обнаружили код полчаса назад. Для простоты перевели его в псевдокод, чтобы все понимали, о чем речь.
– Весьма любезно, – заметил Уикли язвительным тоном, давая понять, что он разобрал бы и исходный код. В чем приходилось сомневаться. Однако ему необходимо было сохранить лицо.
– Это значит, – начал Динхоф, – что…
– …по принципу произвольности на пульт управления поступает сообщение об ошибке, которой в действительности нет, – закончил Уикли. И добавил шепотом: – Просто и со вкусом…
Он лихорадочно соображал, как вести себя дальше. Если то, что пытался втолковать ему Динхоф, верно, – «Талэфер» окажется в числе главных виновников катастрофы.
– Именно так, – подтвердил Динхоф. – Ложные сообщения сами по себе не мешают работе агрегатов, и те функционируют исправно. То есть электростанции могут без проблем осуществлять запуск. Тот, кто осуществил это, делал ставку на наиболее критичный элемент в системе…
– …на человека.
В глубине души Уикли даже проникся уважением к автору идеи. Тот был и в самом деле умен, дьявольски умен.
– Иначе говоря, все оборудование исправно, однако…
– …персонал на пульте управления получает сообщения об ошибках, – продолжил Динхоф, – и действительно вносит неисправности лишь потому, что предпринимает действия согласно этим сообщениям. И выводит оборудование из строя.
– Как решить проблему?
– Напишем новую версию кода без дефектов и внедрим на электростанциях. При нормальном интернет-соединении это заняло бы несколько часов. Но в нынешних обстоятельствах полиции придется обеспечить нас транспортом и персоналом.
– А нельзя ли как-нибудь оставить полицию в стороне?
– Золотая жи́ла, – пропел Фил Маккаф.
Он находился в сердце Секретной разведывательной службы, чаще именуемой МИб. Вот уже неделю Фил не покидал здание на Воксхолл-кросс. Его коллеги повернули к нему головы.
– Взгляните! – воскликнул Фил.
Он подключил проектор и вывел изображение на стену. Это была часть беседы с RESET-сайта. Фил подчеркнул две реплики:
– Это было пару недель назад, – пояснил Фил. – Этих двоих мы уже знаем, они входят в узкий круг. У tzsche почти полночь, а erzwo, напротив, собирается завтракать. О чем это говорит?
– Что они находятся по разные стороны земного шара, – заключила Эмили Олдридж.
– Точно. И есть еще кое-что, более старое.
Фил подключил карту мира.
– По этой карте можно сверить по разным базам данных положение Солнца, фазы Луны и сводку погоды. Что я и сделал. Сопоставив дату и время, удалось относительно точно определить, в каком часовом поясе находится
– Где-то в Америке, – определила Олдридж.
– По этим и другим признакам я пришел к выводу, что групп как минимум две.
Он оглядел коллег, дав им время переварить услышанное.
– Нужно все перепроверить, но я больше чем уверен, что одна группа располагается в Центральной Америке, а вторая – в Восточном Средиземноморье.
– Это очень кстати! – воскликнул Боллар и буквально выдернул отпечатанный лист из принтера. –
Листы, фотографии и стикеры с важными пометками покрывали уже три стены во временном штабе. Последний сектор, занимавший небольшой участок, был отведен под главных подозреваемых. Они пока не знали, действительно ли Хорхе Пукао и люди, с которыми он контактировал, стоят за отключениями. Но подозрение, что они в чем-то замешаны, в очередной раз подтвердилось.
По стене висело больше тридцати фотографий. Возле одной за последние сутки заметок набралось особенно много. Это был портрет худощавого человека тридцати с небольшим лет, с трехдневной щетиной, с аккуратным пробором на левую сторону и в очках в прямоугольной оправе. Сверху кто-то надписал крупными буквами: Балдуин фон Ансен. Снизу один поверх другого были закреплены шесть листов А4, а рядом подробная схема. Десятки линий соединяли прямоугольники с именами и числовыми рядами.
