Я вытащила телефон из-под подушки. Прежде я засунула его туда, чтобы не таращиться на экран, как будто чистым усилием воли могла заставить его прислать ответ от Симона. Но никаких признаков жизни телефон не подавал. В
Звук входящего сообщения прервал мои глупые мысли и в очередной раз заставил с надеждой взглянуть на экран. С надеждой, которая оборвалась вместе с сообщением от Каллы.
Сколько людей уже согласилось прийти на вечеринку в честь Лео? Надо бы уже подумать, готовим ли мы сами
или просто закажем пиццу.
Напитки можно организовать уже сейчас.
Лео теперь все знает, поэтому скрывать ничего не надо.
Ага, с тех пор, как ты проболталась ☺
Последний раз я насчитала 14.
Давай исходить из этого +/-5.
Яспер придет?
Нет, я буду целиком ваша, без Яспера.
Наконец-то, ваши отношения для меня уже давненько
как бельмо на глазу. Когда вы уже расстанетесь
и ты переедешь к нам? Давай прямо сейчас?
Нам не придется искать кого-то для субаренды.
Калла прислала смеющиеся смайлы.
Так и не нашли никого?
Их слишком много. Почти 100 кандидатов,
хотя объявление появляется онлайн раз в несколько часов.
Понятия не имею, как выбирать.
Надеюсь, это не окажется какой-нибудь псих.
Или тип, который будет воровать наши «Смартисы».
Я послала три смайлика «в шоке».
OMG! Точно. В качестве критерия надо было написать,
что он не должен любить шоколад. Или мороженое.
Или Haribo со вкусом вина. Или печеньки.
И ты хотела с таким жить?
Для меня люди, которые не едят сладкого,
как-то чересчур.
На этот раз я отправляю Калле хохочущие смайлы и вслед за ними – эмодзи-поцелуйчик. В качестве благодарности за то, что отвлекла меня, хотя она и не знает о балагане в соседней комнате.
Когда у парочки за стенкой в очередной раз что-то свалилось, я вздохнула и пошла на кухню. Она чуть подальше, поэтому будет не так слышно. Пожалуй, пережду здесь, пока эти двое закончат. Помою посуду. Вообще-то сегодня очередь Лео, но, боюсь, ей не до того. Кроме того, мне нужно отвлечься. Подойдет что угодно, лишь бы перестать просить у телефона чуда.
Я открыла холодильник, в нерешительности оглядела наши продукты и напитки. Потом достала бутылку с газировкой и пошла к полке со стаканами, но, услышав шаги, замерла. Это Алекс? Если да, пусть на нем, пожалуйста, будет хоть что-то надето. Последнего типа, которого Лео притащила сюда, я окрестила нудистом, он голым выходил из ванной. Воспоминание о той травме рассеялось, когда вошла Лео, на ней был свитер на несколько размеров больше. Щеки девушки пылали, пряди мокрых волос прилипли ко лбу и вискам. Если не принимать во внимание одежду, казалось, что она пришла с фитнеса.
– Можно? – Она, задыхаясь, показала на бутылку. – Еще секунда, и я помру от жажды.
– На. – Я с усмешкой протянула ей воду.
Лео опорожнила бутылку наполовину в два долгих глотка.
– Ох… Чуть не умерла. Остатки я возьму в комнату. Скажи, ничего, если Алекс сегодня останется здесь?
Я откинула голову.
– Лео! Ты ни разу не оставляла парней на ночь. У тебя что, чувства? – Я с надеждой вскинула брови.
– Нет! – сказала она резко и почти с отвращением. Как если бы я спросила, пробовала ли она яйца верблюда. – Это просто из сострадания. У Алекса в квартире прорвало трубу. Там все в воде, нужен капитальный ремонт. Надо быть скотиной, чтобы в такой ситуации выставить его за дверь. Хотя я вообще-то зла на него.
Прорвало трубу? Поэтому Симон молчит?
– Знаешь, что он сказал после того, как спросил, можно ли ему у нас переночевать? – чуть тише продолжила Лео и украдкой посмотрела в сторону своей комнаты. Как будто хотела убедиться, что Алекс не вздумал вдруг выйти. – Пояснил, что, вообще-то, ему кроме секса ничего не надо.
Я нахмурила лоб.
– И это плохо, потому что что? Ты и сама не хотела никаких отношений.
– Я и не хочу.
– Так что тебя рассердило?
– Что он присвоил себе мою фразу. Это я всем разъясняю, что речь только о сексе, и парни должны с этим мириться.
