– У меня есть для тебя работа, Скалини, – сказала ему Зоя, как только он сел в кресло напротив нее и она разлила вино по стаканам.
Было уже далеко за полночь, и в покоях горел лишь один светильник.
– Конечно, – кивнул сицилиец и потянулся за стаканом.
Он сунул в него свой длинный острый нос и принюхался.
– Аскалонское, с медом и чем-то еще?
– С семенами дикой ромашки, – ответила Зоя.
Скалини улыбнулся.
– Куда ехать? Сицилия? Неаполь… Рим?
– Туда, где может оказаться король обеих Сицилий, – ответила Зоя. – Если только он не в Константинополе. Но тогда будет уже слишком поздно.
Сицилиец ухмыльнулся. У него были острые белые зубы.
– Здесь его не будет, – сказал он, с удовольствием облизываясь, словно попробовал что-то сладкое. – Папа римский простил императора Византии. Когда король Карл услышал эту новость, он так разозлился, что схватил собственный скипетр и откусил навершие!
Зоя от души рассмеялась, у нее даже слезы брызнули из глаз. Скалини тоже расхохотался. Они вместе допили вино. Хозяйка открыла новую бутылку, и они выпили и ее.
Было уже около трех часов ночи, когда Зоя наконец перешла к главному. Она наклонилась вперед. Ее лицо вдруг стало совершенно серьезным.
– Скалини, по причинам, которые тебя не касаются, мне нужно предложить императору нечто очень ценное. Примерно через год, но я должна быть уверена.
Он поджал губы.
– Единственное, чего хочет Михаил Палеолог, – обезопасить свой трон и защитить Константинополь. Ради этого города он готов поступиться всем – даже Церковью.
– А кто ему угрожает? – прошептала Зоя.
– Карл Анжуйский. Это известно всему миру.
– Я хочу знать о нем все, что можно. Все! Ты меня понимаешь, Скалини?
Маленькие карие глазки внимательно ощупывали лицо женщины, изучая каждый дюйм.
– Да, понимаю, – наконец ответил сицилиец.
Зою несколько беспокоил тот факт, что она не знала, кто мог выдать Юстиниана императору или его приближенным. Она предположила, что Антонин случайно допустил какую-то оплошность, поэтому его схватили и подвергли пыткам – это было обычной практикой.
Однако, поразмыслив, Зоя засомневалась, что даже под пытками Антонин, бесстрашный человек с репутацией решительного, отважного военачальника, смог бы предать кого-либо из своих друзей, и уж тем более такого близкого, как Юстиниан. Сейчас Зое надо было узнать, кто предатель, и, если Анастасий поможет ей в этом, тем лучше.
Евнух же в это время в строгом соответствии с планом Зои лечил Марию Вататзес. Слухи о причине ее болезни распространялись необыкновенно быстро. Волна злости и гнева обязательно захлестнет брата и отца Марии, как и рассчитывала Зоя.
– Если ее пытаются отравить, выясни, кто это делает, и дай ей противоядие, – приказала она Анастасию. – Уж кто-кто, а ты разбираешься в подобных вещах.
– А кто хочет ее отравить? – спросил Анастасий.
Зоя подняла брови:
– По-твоему, мне это известно? Ее брат Георгий – близкий друг Андроника Палеолога, а также Исайи. Антонин тоже был его приятелем. Они много играют, пьют, развлекаются. У Георгия вспыльчивый характер, по крайней мере, мне об этом говорили. Может, у него есть враги? Возможно, от него тянется ниточка к убийству Виссариона.
– Целых пять лет? – с недоверием спросил Анастасий.
Зоя улыбнулась. Она не знала, как много он успел выяснить. В ее памяти до сих пор было живо воспоминание о том, что этот на первый взгляд безобидный и крайне учтивый евнух мог очень больно укусить.
– Пять лет – ничтожный срок. Нам еще многое предстоит узнать, – мягко сказала Зоя. – Антонин мертв, но Юстиниан все еще жив. Ты задал слишком много вопросов, но только не тот, который я задаю себе сама и не могу на него ответить…
– И что же это за вопрос? – Анастасий понизил голос до шепота.
Вне всякого сомнения, ей удалось целиком и полностью завладеть его вниманием.
– Кто предал Юстиниана и сообщил о нем императору? – ответила она.
– Антонин… – произнес Анастасий, но без особой уверенности.
Зое показалось, что она слышит волнующий глас победы, по крайней мере, она приблизилась к ней на шаг.
– Я тоже так думала, но твои вопросы заставили меня усомниться. Незадолго до убийства Виссариона Юстиниан крепко с ним повздорил. Он обратился к Ирине за помощью, но она ему отказала. Тогда он пошел к Деметриосу, но тот тоже не захотел его поддержать. Юстиниан не пришел ко мне. Почему?
По напряжению, которое читалось в темно-серых глазах Анастасия, Зоя поняла, что мысли роем вились у него в голове. Иногда на короткое мгновение этот евнух очень напоминал ей Юстиниана – одно и то же выражение лица. Однако Юстиниан в отличие от него был настоящим мужчиной!
– Вы думаете, что отравление Марии (если она действительно страдает именно от этого) может быть как-то связано с убийством Виссариона? – спросил Анастасий с сомнением в голосе. – Георгий Вататзес?..
– Возможно. Доказательств пока нет, но это правдоподобное предположение. Георгий был знаком с Виссарионом, а с Антонином они были приятелями.
– Спасибо, – тихо сказал Анастасий. – Вполне вероятно, что вы правы.
