Блестящая партия полностью

Букингемский дворец, Лондон

— Как жаль, что ты выходишь замуж!

Леди Джорджина Гордон смахнула с глаз слезы и порывисто обняла сестру. На лице у леди Луизы появилось страдальческое выражение.

— Ну не грусти, Джорджи. Я знаю, ты будешь скучать без меня, но ведь мы часто будем навещать друг друга.

Джорджине следовало бы придержать язык — меньше всего ей хотелось, чтобы ее любимая сестра почувствовала вину из-за того, что выходит замуж, — но она тихо сказала:

— Не мели чепухи! Я не буду по тебе скучать.

Луиза переглянулась с остальными сестрами — Шарлоттой, Мэдлин и Сьюзен.

— Тогда почему ты грустная?

— Я не грустная. — Джорджина решительным жестом вытерла слезы. — Я просто в ярости оттого, что настал день твоей свадьбы.

Невеста — красавица с золотисто-рыжеватыми волосами, как на картинах Тициана — нерешительно посмотрела на сестру.

— Джорджина, вообще-то сегодня самый счастливый день в моей жизни.

— Не обращай на нее внимания, Луиза. Ты же знаешь, она страшно упряма. — Шарлотта закатила глаза. — Это дурно — проливать слезы зависти вдень свадьбы твоей сестры.

— Зависти? — удивилась Джорджина. — Разреши сообщить тебе, что я плачу исключительно из жалости к себе. Теперь, когда неистовая герцогиня Гордон дубинкой заставила беднягу Чарлза Корнуоллиса превратить Луизу в леди Броум, все ее материнское внимание сосредоточится на мне. Она станет без устали преследовать каждого маркиза и герцога в возрасте от девяти до девяноста лет, пока не заполучит для меня какого-нибудь мужа.

— Чарлз женится на мне потому, что любит, — заявила Луиза.

Всхлипывания Джорджины превратились в громкий смех.

— Любовь не имеет к этому никакого отношения. Ты Гордон. Высокое положение в обществе — вот единственное, что имеет значение. Ты не можешь отрицать, что матушка как нацелилась на герцога Манчестера для Сьюзен и на наследника герцога Ричмонда для Шарлотты, так и охотилась за ними до тех пор, пока не загнала в нору.

— У Джорджины в голове полный хаос, — отмахнулась Шарлотта. — Это потому, что она самый маленький поросенок во всем помете.

— Если я самый маленький поросенок, то ты самая старая сука, — насмешливо ответила Джорджина.

— Сука-графиня, если ты не возражаешь.

— Да, графиня; и все это началось с тебя. Когда ты заарканила полковника Чарлза Леннокса, графа Марча и наследника герцогства Ричмонд, амбиции матушки касательно нас остальных внезапно переросли все мыслимые границы. Ее жажда титулов стала ненасытной.

— Этого мы не можем отрицать, — согласилась наконец Шарлотта. — Матушкой правят инстинкты скорее коммерческие, чем материнские. Нас воспитали с одной целью в жизни — выйти замуж так, чтобы занять самое высокое положение в свете. И я вполне согласна, что, не будь я дочерью герцога и герцогини Гордон, граф Марч никогда не сделал бы мне предложение.

— Во всяком случае, не женился бы, — весело заметила Джорджина.

Все сестры рассмеялись на эту остроту. Джорджина была обожаемым ребенком в семье, и сестры относились к этой не по годам развитой маленькой красавице крайне снисходительно и всячески баловали ее. Весь этот выводок получил самое нетрадиционное воспитание. Их время проходило то в сказочном замке Гордонов в Горной Шотландии, то в элегантном особняке в Эдинбурге, то в просторном непритязательном помещичьем доме в Кинраре у бурной реки Спей, то в просторном доме на Пэлл-Мэлл, где теперь все они собрались на свадьбу.

Джейн Гордон вплыла в спальню и испустила глубокий облегченный вздох.

— Только что прибыли премьер-министр Питти, дражайший Генри Дандас. Еще я заметила принца Уэльского и герцога Йоркского, которые шли через сад из Карлтон-Хауса.

Но причиной ее необыкновенной радости было не прибытие этих особ. Она не была вполне уверена в женихе и его отце. Маркиз Корнуоллис, главный генерал в королевской армии и член тайного совета, возражал против этой помолвки, опасаясь, что гордоновское безумие ляжет на его имя бесславным пятном, пока герцогиня не заверила его в личной беседе, в условиях строжайшей секретности, что в жилах Луизы не течет ни капли гордоновской крови.

— А Чарлз здесь? — спросила Луиза.

— Что за глупый вопрос, моя крошка. Конечно, твой жених здесь, так же как и твой будущий свекор, маркиз. Какая великая удача, что епископ Личфилда и Ковентри — брат маркиза Корнуоллиса — согласился совершить свадебную церемонию.

— Это будет свадьба сезона, — заявила Джорджина, подмигнув старшей сестре.

— Сезона? Это будет свадьба десятилетия! — заметила мать. — И даже еще более впечатляющим событием, чем бракосочетание старшей дочери короля.

— Полагаю, это и было главной целью данного союза, — сухо проговорила Шарлотта.

Луиза взяла свой свадебный букет:

— Пожалуй, нам следует поторопиться.

— Дорогие мой, мы собрались здесь перед лицом Господа и перед этой паствой, — проговорил высокородный епископ Личфилда.