Правовая оговоркаЭто произведение описывает сексуальные отношения несовершеннолетних мальчиков между собой и со взрослыми.Если вы не приемлете этого — не читайте.Если вы неуровновешанный гомофоб, подверженный приступам ярости в отношении того, что понять не в состоянии, обратитесь к психиатру.Если вы просто любопытствующий, сто раз подумайте, прежде чем начнёте читать.######################Ему четырнадцать. Он гей. Как ему выжить в нашем нетерпимом мире?Димку ждут новые радости и новые печали.Автор надеется, что вторая часть вышла не хуже, чем первая.
В середине ноября резко похолодало. Серые пасмурные дни навевали тоску. Яркое солнце стало редким гостем в городе, но уж когда оно появлялось, на душе теплело и хотелось бежать из скучных классов на улицу.
Димка втянулся в школьную жизнь. Ему уже казалось, что учится он в этой школе с первого класса. К нему успели привыкнуть, и ничего особенного пока не происходило. Днём Димка, как обычно, отсиживал уроки, но зато потом… мчался к своему лучшему другу – Денису Тихорецкому.
Дениску выписали из больницы, и прописали строжайший постельный режим. Ему было запрещено вставать, даже для того, чтобы сходить в туалет, или на кухню попить воды. Денискина мама взяла отпуск и сидела с сыном целыми днями. Раз в неделю приходила медсестра, осматривала и делала перевязку.
Димка приходил каждый день. Он приносил своему другу разные вкусные вещи: то яблоки, то мандарины, то чипсы. Ему очень нравилась неприкрытая радость, с которой Денис принимал подарки.
А сам Денис, медленно, но уверенно шел на поправку.
Понедельник
Димка пылал жутчайшим нетерпением. Он купил в школьном буфете большую плитку шоколада и хотел поскорей поделиться ею с Денисом. Еле дождавшись окончания шестого урока, Димка, застегиваясь на ходу, вылетел на улицу, и помчался, шлёпая ботинками по мокрому асфальту, не обращая внимания на окружающие мелочи.
Проигнорировав лифт, Димка взлетел на седьмой этаж, позвонил, прислушиваясь к звонкой трели, не дождавшись ответа, постучал. Дверь приоткрылась и мама Дениса встретила гостя.
— Здравствуй, здравствуй, а мы уже заждались, — улыбнулась она и открыла дверь пошире.
— Драсте, — бросил на ходу Димка, проскользнув, сбрасывая куртку, в коридор.
Куртка наверняка свалилась бы на пол, если бы Денискина мама не подхватила ее. Димка этого уже не видел. Он входил в спальню к Дениске, как всегда — чуть осторожно и даже несколько виновато. Он до сих пор винил в случившемся только себя одного. Ах, если бы не та глупая, бессмысленная ссора...
— Привет... Как ты сегодня? — тихонько спросил Димка.
— Отлично! Скоро смогу вставать, мне врач разрешил. Он приходил сегодня утром, осматривал. Еще недели две, говорит.
— Это же просто здорово! — искренне обрадовался Димка. — Я тебя на улицу буду водить!
Денис выглядел далеко не так радужно, как говорил, и как хотелось бы его другу. Большие, широко распахнутые черные глаза на исхудавшем бледном лице, повергли Димку в уныние.
Украдкой взглянув на прикрытую дверь, он быстро склонился и поцеловал Дениску в бескровные сухие губы.
— Я так соскучился... — шепнул Денис и потянулся губами навстречу.
— Целый день не видались, — улыбнулся Димка, поглаживая слипшиеся от пота Денискины волосы.
— Нет, правда... Вот ты вчера приходил, а мне показалось, что уже целый год прошел. Знаешь, как скучно весь день лежать? Книжки да телевизор, надоело уже.
— Зато я тебя развлекаю. Вот снова принес уроки. Но это потом, а сейчас я тебя шоколадом кормить буду.
— Шоколадом? — удивился Денис.
Димка вынул из портфеля большую коричневую плитку, снял разрисованную орехами обертку и развернул блестящую фольгу.
— Ну, ты готов?
— Ага! — заулыбался Денис.
Димка отломил кусочек и поднес его к Денискиным губам. Тот аккуратно хватанул его, умудрившись лизнуть Димкины пальцы.
— Эй, я здесь причем? — в шутку рассердился Димка. — Я невкусный!
Сладкая горечь разлилась у Дениски во рту, а на губах остался темный налет.
— М-м-м, — замычал вдруг Димка, наклонился снова и ловко слизнул остатки шоколада с губ Дениски.
— Хитрый какой! — усмехнулся Денис. — Сказал, что меня кормить будешь, а сам тоже кормишься.
— Угумм. Держи вторую серию.
Второй кусочек исчез у Дениски во рту и вслед за ним туда нырнул Димкин язычок.
— Твоя мама сейчас зайдет... — еле слышно прошептал Димка, не отрываясь. Он сам удивился, как ему это удалось.
Поцелуй затянулся, пока Денис не прервал его. Едва Димка выпрямился, как в спальню действительно вошла Денискина мама.
— Как вы тут, мальчики? Дима, будешь с нами обедать?
— Нет, спасибо, я посижу немного и пойду.
— Ну вот, каждый день одно и то же. Все стесняешься. В общем, тебе я поставлю на кухне, а Дениске сюда принесу. И не спорь!
У Денискиной мамы было интересное имя — Валерия Анатольевна. Спорить с ней Димка не решался; слишком уж она напоминала завуча школы. Не внешностью — характером.
— А можно, я здесь поем, чтобы Денису не скучно было? — спросил Димка.
— Ладно, сейчас принесу. Но тогда ты его и покормишь, а то мне совершенно некогда. Хоть и в отпуске, но лишний заработок не помешает. Взяла переводы.
Валерия Анатольевна принесла на подносе две тарелки с дымящимся супом и тарелочку с нарезанным хлебом, — Только поосторожней, еще горячий, — сказала она, поставив поднос на стол, и вышла.
Димка придвинул к кровати стул, перенёс поднос на него, а сам сел рядом на пластмассовый круглый табурет.
— Давай, открывай рот, — сказал Димка и поднес ко рту Дениса ложку.
Дениска проглотил.
— Это тебе не шоколад, — назидательно произнес Димка, продолжая кормление.
