Протянув руку, Седрик поймал канат и замер: теперь ему было необходимо переместить на него свой вес. Прошептав короткую – несомненно, аланзанскую – молитву, Седрика спрыгнул с выступа, отчаянно протягивая к канату другую руку. Мне опять представилась чудовищная картина его падения, однако Седрик схватил канат и крепко-накрепко вцепился в него уже двумя руками.
Резко изменившееся натяжение заставило мои ноги оторваться от скалы, и мы оба начали сильно раскачиваться на канате. Я соскользнула вниз, разумеется, повредив руки, но не разжала пальцы и даже нашла упор для ног. Я слышала, как выше Седрик последовал моему примеру. Но мы не успели насладиться чувством безопасности: вскоре я ощутила, что канат перемещается, сдвигая меня вниз. Еще до того, как Седрик заговорил, я догадалась, что наши жизни висят на волоске!
– Крюк вбит недостаточно глубоко! Похоже, он не выдержал нас двоих!
Я сосредоточилась и сообразила, что надо делать в первую очередь. Мне нужно слезть и оставить канат в покое! Я принялась спускаться вниз, что оказалось гораздо легче, чем подниматься, хотя и требовало некоторой сноровки. Добравшись до конца каната, я ощутила, как он дернулся, но продолжил держаться. Дотянуться до клиньев, с помощью которых я поднималась, было невозможно. Я посмотрела на землю. Ничто уже не представляло для меня смертельной угрозы, но я могла получить травму. Однако если бы Седрик упал со своей высоты, все было бы значительно хуже.
Не колеблясь, я отпустила веревку и спрыгнула вниз. Я боялась сломать или вывихнуть ногу, но мне удалось приземлиться так, что я упала бедром на клочья редкой травы. Приземление получилось жестким, но я решила, что отделаюсь лишь огромным синяком. Освободившийся от моего веса канат стал держаться надежнее – и Седрик поспешно спустился вниз. Он спрыгнул с той же высоты, что и я, но успел вовремя сгруппироваться и не получил сильных повреждений.
– Как ты? – спросил Седрик, помогая мне встать.
– Цела, – выдохнула я и, посмотрев на свои окровавленные ладони, поморщилась.
Во время отчаянного спуска я не обращала на содранную кожу внимания, но теперь боль нахлынула на меня со всей силой.
Седрик нежно баюкал мои руки.
– Ох, Аделаида! И зачем ты полезла наверх!
– Надо было оставить тебя на скале и уехать? Нет уж! А что случилось? У тебя вроде бы все отлично получалось!
– Мне тоже так казалось, – проворчал Седрик, уводя меня к нашей лачуге.
Облака на небе уже потемнели, что казалось очень уместно ввиду недавнего поворота событий. Когда мы добрели до хибарки, Седрик помог мне вымыть руки и замотал их чистыми тряпицами.
– У мистрис Маршалл найдется целебная мазь. Сейчас я отвезу тебя на ферму.
Седрик начал расстегивать ремни страховки, бросая их на землю.
– Постой, дай-ка мне посмотреть, – попросила я Седрика.
Пусть он и являлся новичком-первопроходцем, но я прекрасно понимала, что Седрик не будет ничем пренебрегать – ни страховкой, ни советами бывалых искателей. Он не был виноват в недавнем неприятном происшествии. Я вертела ремни в руках, осматривая каждый элемент страховки – и скапливавшиеся во мне опасения перешли в леденящий ужас, когда я обнаружила то, что ожидала. Я указала Седрику на две небольшие металлические детали.
– Вот!
Седрик взглянул на два кольца: сквозь них проходила веревка, которая закручивалась так, чтобы удерживать человека, не мешая ему передвигаться. Сами кольца оказались специально согнуты, причем их концы соединялись, замыкаясь в петлю. Края одного были плотно сдвинуты, не оставляя зазора. Но концы другого кольца оказались разогнуты: страховочная веревка могла запросто выскользнуть, что сразу бы привело к самым печальным последствиям.
Седрик нахмурился.
– Похоже, края не были соединены как следует – или их развели.
Мы оба замерли, погрузившись в раздумья.
– Может, это чистая случайность, – выдавила я. – А если нет… то зачем? В их интересах было узнать, проходит ли в скале золотая жила! Уоррен тоже хочет получить свою долю!
– Но Уоррена в городе нет, – напомнил мне Седрик. – Вероятно, это дело рук Элиаса. Он человек ограниченный, и думаю, что он способен на месть. Мы ему никогда не нравились.
– Пустые домыслы! – заявила я. – Всякое может произойти.
– Ага, – неуверенно произнес Седрик.
И мы опять замолчали: мы оба понимали, что кольца были разомкнуты намеренно.
«Доверяйте только друг другу. Это самое важное», – пронеслось в моей голове напутствие Айяны.
Я вытащила самородок из кармана. Его блеск завораживал.
– Наверное, нам не стоит ждать возвращения Уоррена. Участок-то наш, верно?
– Ты права, – поддержал меня Седрик. – Завтра мы примемся за работу.
Мы составили план действий вечером, пока собирались к Маршаллам.
Когда до фермы оставалась примерно треть пути, мы столкнулись с самим хозяином, который ехал нам навстречу. Сумеречное небо приобрело неестественный зеленовато-серый цвет, порой его озаряли вспышки молний, проскакивающие между тучами. Ветер поднимался и затихал, словно чье-то дыхание, – как будто мир ожидал какого-то эпохального события.
