– Мне недавно подсказали, что леди, о которой идет речь, может скрываться в Триумфальном – и что именно вы располагаете информацией о местопребывании беглянки.
– Что? – воскликнул Чарльз. – Откуда нам что-то знать о пропавшей девице?
– Об аристократке, – поправил его Сайлас. – Речь идет о леди Уитмор, графине Редфордской.
Седрик стиснул мою руку еще крепче.
– О графине? – Джаспер нахмурил брови. – Вы не о том побеге, из-за которого нас той ночью останавливали в Осфро?
– Какой ночью? – тотчас спросил Сайлас.
– Мы с Седриком прошлой весной увозили из столицы группу наших будущих жемчужин. Тогда у городских ворот останавливали все экипажи. Нас проверили и отпустили. – Джаспер мельком посмотрел на сына. – Ты ведь помнишь, верно?
Седрик небрежно кивнул.
– Конечно. Был настоящий переполох. А почему этот вопрос снова возник?
– Повторяю, джентльмены, нам сообщили, что вы располагает сведениями по поводу леди Уитмор. – Сайлас обвел взглядом всех присутствующих. – У вас в доме проживает много девушек того же возраста, что и леди Уитмор.
Улыбка Джаспера стала натянутой, что было не очень заметно.
– Да-да. Но, как видите, у нас в «Глициниевой лощине» – настоящий цветник! Это – наш бизнес, мистер Гаррет. Мы привозим из Осфрида девушек брачного возраста. Я ничего не могу поделать с тем, что ваша графиня – столь же юная особа.
– И как вы рассчитываете ее найти? – поинтересовался Чарльз. – Вы ведь не собираетесь подозревать наших барышень!
– Нет, сударь. Мне такое бы и в голову не пришло. Я просто проверю полученные сведения и отправлю моему коллеге на севере письмо. Я знаю только, что у беглянки каштановые волосы, однако у моего коллеги есть ее миниатюрный портрет.
Сайлас говорил весьма учтиво, но я заметила, как он прощупывал взглядом каждую темноволосую девицу, сидевшую за столом – в том числе и меня. (К счастью, здесь находились еще три жемчужины с каштановыми волосами.)
– Если мой коллега приедет в Триумфальный, он наверняка навестит вас и покажет вам изображение леди Уитмор, – продолжал сыщик. – Вы можете подтвердить, что ваши девушки не скрывали свое происхождение?
– Все наши барышни из простонародья, – заявил Джаспер. – Неграмотные трудяги не составляют никаких документов на своих дочерей. Но могу вас заверить, что либо я, либо мой сын побывали в тех домах, где росли наши будущие жемчужины. Графини среди них просто быть не могло! Что за абсурд!
– Будь у нас столь важная персона, – сострил Седрик, – мы определенно могли бы требовать большие суммы.
Сайлас воззрился на Седрика, явно не оценив его шутки. А Седрик прилагал немало усилий для того, чтобы оставаться дружелюбным и обаятельным юношей-торговцем. Тем не менее я подумала, что Седрику следовало подражать отцу и дяде: те были тактичными, но не скрывали своей обиды.
– Мистер Гаррет, – проговорил Джаспер, – я очень ценю вашу деятельность, но мы успешно преодолели все эти препоны еще в прошлом году, в Осфро. Не понимаю, почему именно на нас продолжают падать подозрения? Настоятельно прошу вас не тревожить нас, пока у вас не появится нечто конкретное и весомое. Помните, что наш Блистательный Двор – уважаемое предприятие с отличной репутацией.
– Конечно, – сказал Сайлас, поворачиваясь к дверям, – но я вернусь, когда соберу все улики.
– Перед тем как уйти, – окликнул его Седрик, – удовлетворите мое любопытство: откуда у вас эта подсказка?
– Анонимная записка, – ответил Сайлас. – Я получил ее вчера вечером.
Мне нелегко было сдерживать панику до той минуты, пока нам с Седриком не удалось коротко переговорить друг с другом. Это случилось уже во второй половине дня, когда к нам на чай начали собираться кавалеры.
– У напарника мистера Гаррета есть мой портрет! – прошипела я. – Наверняка сыщику его вручила моя бабка, когда наняла его, чтобы он поехал в Адорию.
Седрик помрачнел.
– Похоже, что Дойлы контактировали с мистером Гарретом.
– Не сомневаюсь, что в этом замешана Виола! Уоррен кажется таким… не знаю… бесталанным. А его мать просто идет напролом! Она хочет подтолкнуть меня к тому, чтобы я побыстрее согласилась выйти за него замуж.
– И толчком должен стать страх перед разоблачением и поимкой. Виола ведет грязную игру, но она на все готова ради своего сыночка!
Я прикрыла глаза.
– Она надеется, что я впаду в панику и воспользуюсь Уорреном ради спасительного брака.
– Нет! – Седрик шагнул ко мне и взял за обе руки – опасный жест в доме, где было трудно оставаться наедине: в любую минуту кто-нибудь мог войти в гостиную и застать нас врасплох. – Послушай меня, Аделаида: тебя не принудят к замужеству с Уорреном. Поверь мне. Я договорюсь с Николасом Эделтоном – и сделаю все во мгновение ока. Но пока…
Я посмотрела на Седрика в упор. В его глазах плескалась нежность, но я поняла: он собирается сказать мне нечто неприятное.
– Да?.. – поторопила я его.
– Нам надо позаботиться о том, чтобы Дойлы ничего не предпринимали и перестали плести против тебя интриги. Поэтому нам нужно пойти им навстречу. – Он вздохнул. – Извини, Аделаида. Ты должна притвориться, будто готова выбрать именно Уоррена.
