Блистательный недоносок полностью

М е с о п о т а м о в. Да плюньте вы на эту общественно­сть, не было ее никогда, и не будет, хоть в микрос­коп ее разглядывайте, хоть каблуком к земле прида­вите!

Т у р а н д о т о в. Нельзя, дорогой мой. В Кремле реши­ли, что лучше не плевать, и не придавливать каблу­ком, а лучше от греха подальше чем-нибудь успокоить. Так что идите, и подготовьте парочку опровержений, в том смысле, что это шутка вроде первоапрельской, и что никаких перемен в стране пока что не намеча­ется. Общественность любит первоапрельские шутки, особенно если их ей подробно растолковать.

Г о н д у р а с о в. Растолковывать общественности суть шуток и анекдотов – мое, Аполлинарий Игнатьевич, лю­бимейшее занятие как в свободное, так и в служебное время.

М е с о п о т а м о в. А меня вообще хлебом не корми и водкой не пои, только дай истолковать смысл какой-нибудь хохмы и сплетни.

Т у р а н д о т о в(облегченно). Вот и хорошо, идите и растолковывайте. И пока не успокоите обществен­ность, живыми лучше не возвращайтесь!

З а м е с т и т е л и уходят.

Дверь открывается, входят В л ю б ч и в ы й и В н и м а т е л ь н ы й.

В л ю б ч и в ы й(с порога). Вы – Турандотов Аполлина­рий Игнатьевич?

Т у р а н д о т о в(он смертельно испуган). Да, то есть нет. То есть да, это я.

В л ю б ч и в ы й(очень мягко). Не пугайтесь, мы не аре­стовывать вас пришли. Пока что. Позвольте предста­виться: Влюбчивый, сотрудник спецслужб. А это мой коллега, Внимательный, и тоже сотрудник соответст­венной спецслужбы. Разрешите задать вам пару вопро­сов.

Т у р а н д о т о в(наигранно, все еще во власти испу­га). Да, конечно же, задавайте, и даже не пару, а сколько вам будет угодно! (Суетится.) Садитесь, про­шу вас, располагайтесь, как вам будет угодно, я весь внимание, и расскажу вам все, ни о чем не утаивая! (Суетится, усаживая гостей.)

В л ю б ч и в ы й(очень доброжелательно). Это хорошо, что вы такой внимательный, это говорит в вашу пользу.

В н и м а т е л ь н ы й(очень мягко). Почти что в вашу, но не совсем. Скажите, вы женаты?

Т у р а н д о т о в(опять смертельно пугается). Я? Да, то есть нет, то есть да. Извините, я не знаю точно, и поэтому не могу сказать однозначно.

В л ю б ч и в ы й. Это нехорошо, что вы путаетесь в по­казаниях.

В н и м а т е л ь н ы й. Это не повышает ваши шансы, а, напротив, понижает.

Т у р а н д о т о в(он совершенно раздавлен и сбит с толку). Простите, шансы на что?

В л ю б ч и в ы й. На то, чтобы выйти сухим из воды.

В н и м а т е л ь н ы й. А также не раскаиваться потом по поводу содеянного.

Т у р а н д о т о в(зловещим шепотом). Разрешите, я сде­лаю чистосердечное признание?

В л ю б ч и в ы й. А вот это вы правильно поступаете.

В н и м а т е л ь н ы й. Давно пора, а то водите нас за носы, как мальчишек, а я, между прочим, майор с бо­евым опытом, а он (кивает на В л ю б ч и в о г о) – настоящий полковник!

Т у р а н д о т о в(он поражен). Неужели полковник?

В л ю б ч и в ы й. Да, полковник, хоть и не люблю хвас­таться этим. Вот, пожалуйста, распишитесь, и не за­бывайте, что обо все здесь услышанном вы должны хра­нить обязательное молчание!(Протягивает Т у р а н д о т о в у отпечатанные на машинке и соединен­ные скрепочкой листы бумаги.)

Т у р а н д о т о в(он очень оживлен и необыкновенно весел, принимая бумаги и подписывая их). Конечно, я буду нем, как могила, и не выдам ни за что тайну ис­поведи. То есть, прошу прощения, следствия. (Внеза­пно падает на колени и ползет вперед к п о с е т и т е л я м, протягивая подписанные бумаги, сквозь слезы.) Простите меня, я больше не буду!

В л ю б ч и в ы й(строгим голосом, вставая). Бог прос­тит, а нас разжалобить вам не удастся! (Забирает бумаги.)

В н и м а т е л ь н ы й. И не таких голубчиков раскалыва­ли, поверьте уж моему немалому опыту!