Моей маме было 4 года, когда началась Великая Отечественная Война. В этой книге война описана глазами маленького ребенка. Спасибо, мама, я всегда плачу, когда читаю эти короткие воспоминания.
Мое детство можно назвать
благополучным, если помнить
о детях под бомбежками, о детях
Освенцима, детях-сиротах,
до конца жизни не знающих
свою «малую родину».
Но все могло бы быть по-другому,
если бы не война…
Детство в тылу
Короткая память
В том смысле, что в памяти остаются короткие отрывки прожитой жизни.
Да и прожитой ли?
1 Проводы
Первое, что осознанно осталось в памяти- проводы отца на войну. Это было 65 лет назад. Деревянный мост через Стерлю. Впереди мама с отцом. Держатся за руки. Брат Юрий тоже держит меня за руку. Бабушка стоит у дома. В конце моста отец махнул рукой – возвращайтесь.
Нашему отцу повезло, он вернулся живым, но это был другой, чужой человек.
2 Дед Василий
Я у дедушки на коленях. Дед старенький, худой, бородатый. Шея загорелая, морщины глубокие, ромбиками. Это интересно. Я их разглаживаю, но не получается. Дед грустный, грустный, а мама вообще плачет.
Потом дед встал, сказал, что пойдет к Грише (сыну) в деревню. Больше я его не видела.
До деревни он не дошел. Была зима. Он просил пережить зиму с нами, но бабушка не разрешила. Так мы и не знаем, где его останки. Грех, конечно.
3 Рита
Эвакуированных одесситов расселяли по домам. У нас появились девочка Рита с мамой.
Помню- сидит Рита на горшке и все время жует. Я подошла к бабушке
– Что это у Ритки?
– Печенье.
– Оно такое вкусное что-ли, что она остановиться не может ?
Мы в это время страшно голодали.
4 Оладьи
Помню вкус «оладьев» из картофельной кожуры. Горьковатые, но сытные.
Мама работала в столовой на заводе (почтовом ящике 21) посудомойкой. Ей разрешалось брать очистки. Их мыли, прокручивали на мясорубке, плюс отруби.
Подружка однажды украла у меня мой обед. Я сделала вид, что не заметила. Она была голодная т.е. голоднее меня.
Это был 43 год. Мы пошли в 1 класс.
5 Хлеб
В школе на перемене Зинаида Гавриловна делила хлеб. Мы сидели и ждали.На доске лежала буханка черного хлеба и большой нож. Надо было суметь разделить эту буханку на 40 ребятишек. Крошек не было.
Хлебную форму помню, вкус -нет.
6 Иришка
Однажды, уж не помню в связи с чем, нам раздали по плитке чего-то, похожее на ириски. В плитке было 9 ирисок. Я не заметила даже, как их съела. Иришка подошла и говорит:
– Почему ты не оставила маме?
Большего стыда я никогда в жизни не испытывала.
Спасибо Иришка.
7 Пленные
Помню появление пленных немцев. Вдоль школьного здания они копали траншею. Один был так похож на моего брата – такой же тощий и лопоухий. Я отдала ему свой обед- хлеб с повидлом. Он взял, но даже «спасибо» не сказал. Наверное, побоялся, ведь наверху стояли надсмотрщики. Может быть я ему оказала плохую услугу.
8 Квартиранты
Много ли человеку надо? Дом 36 кв.м. В светлой спальне Марьям с Анной, в темной Василий Степанович (Степаныч) и Захарыч, за печкой бабушка. Я, Юрий, мама на полатях.
В прихожей стол и 2 сундука на них спят родные квартирантов, когда приезжают в город.
В зале 2-х метровый стол, комод, трюмо, радио «тарелка». Крыша не протекает, «голландка» греет, Левитан сообщает последние известия.
Наши шли на Запад.
9 Трусики
Мама сшила мне новые трусики, ситцевые, ярко-красные, в белых ромашках и синих стрекозах. Ткань была накрахмалена и поэтому топорщилась. Я, естественно, тут же побежала на речку хвалиться перед подружками. Конечно же, им было завидно.
Маня, хитрее всех говорит:
–Ой, они как воздушный шарик! Давай пустим по воде, поплывут или нет?
Я сняла свои новые трусики и бросила в воду, а трусики не поплыли, а намокли и стали тонуть, и утонули.
От горя я даже не могла плакать.
10 Одесский юмор.
Вместе с одесситами к нам приехал и одесский юмор . Однажды Юрий принес с завода песенку. Вся наша компания разместилась в зале. Юрий («пять лучинок с головой» – так про него говорила мама) задрыгал ногами и руками (это был танец) и запел:
Ах, боже, боже мой, спешу скорей домой
Сегодня мой Абраша- выходной,
Несу я курочку, зелену луковку,
Флакончик маслица и 2 ко-ко.
Не со злобой песенка, для веселья.
11 Рабочий поезд.
За очистками и объедками к маме на завод надо было ехать «рабочим поездом». Маршрут его , видимо был «Ишимбай-Стерлитамак-п/я 21». Но этого я не знала. Я на вокзале видела на вагонах «п/я 21» и садилась. Обратно также садилась и глядела в окно. Видела вокзал- выходила. Однажды, с чайником, полным какой-то бурды, в вагоне села на другую сторону. Еду себе и еду. Поезд остановился- вокзала нет. Подошла кондуктор:
–Ты что свою остановку проехала? Вот беда. Ну, ничего, не плачь. Мы через час обратно поедем. Может есть хочешь?
–Нет.– Гордо ответила я.– У меня суп с мясом!.
Бог мой, какое мясо! Это я от страха, ведь мне было всего 5 лет.
12 Новый год.
Война и Новый год- сочетание по меньшей мере грустное.
