Книга содержит не просто биографические данные о супергруппе, а дает представление об эпохе расцвета прогрессив-рока и о зарождении движения психоделического искусства.
Я всегда считал себя настоящим американским поклонником ПИНК ФЛОЙД. Без долгих объяснений замечу, что все произошло совершенно случайно: в конце 1967 года моя мама, приехав в родной Лондон, в разговоре со своей модной парикмахершей обмолвилась об увлечении своего младшего сына (т.е. меня) английскими поп-группами типа THE BEATLES, THE ROLLING STONES, THE KINKS и THE WHO. «В таком случае Вы просто ДОЛЖНЫ отвезти ему пластинку ПИНК ФЛОЙД!» — посоветовала матушке мастер. Так она и поступила (да благослови ее Господь!) — вернулась в Нью-Йорк с моновариантом «Piper At The Gates Of Dawn», который в США еще не выходил.
Захватывающие мелодии, образные тексты и особый английский дух сделали «Piper» одним из моих самых любимых альбомов того Лета Любви.
Конечно, едва ли в том подростковом возрасте я мог разглядеть все грани великолепия этого произведения, хотя ощущалось, что неуравновешенность психики основного человека во ФЛОЙД — Сида Барретта уже тогда отрицательно сказывалась на состоянии группы. Когда я достал второй альбом ФЛОЙД, явившись в английскую столицу летом 68-го, я отметил, что только одна песня принадлежит Барретту. На новых композициях Роджера Уотерса, вошедших в «А Saucerful Of Secrets», судя по всему, лихорадочные бредовые фантазии Сида уступили место отвлеченному и воздушному футуризму, но мне этот альбом все равно очень нравился.
Я видел выступление ФЛОЙД в 1970 году в спортзале колледжа в нескольких кварталах от нашего дома в Манхеттене. Дэвид Гилмор уже прочно занял место Сида. В течение последних десятилетий, по мере того как ПИНК ФЛОЙД превращались из психоделической культовой группы в один из самых популярных и влиятельных ансамблей в мире, мне удавалось посетить их основные, вошедшие в историю, концерты. Я побывал на бесплатной презентации «Atom Heart Mother» в 1970 г. в Гайд-Парке, на представлении «Dark Side Of The Moon» в Radio City Music Hall в 1973 году, присутствовал на концертах тура «Wish You Were Here» и «Animals» в 1975 и 1977 гг., на представлении «The Wall» в 1980 году в Earl's Court.
Любопытно, что, в отличие от других моих кумиров, которыми я восхищался, — БИТЛЗ и РОЛЛИНГ СТОУНЗ, — ПИНК ФЛОЙД .
выглядели какими-то безымянными созданиями, которых трудно было представить себе вне их альбомов и концертных выступлений. Личности, входившие в состав группы, многие моменты из их биографий, происхождение и истории казались мифическими, загадочными. Эта книга, с одной стороны, является моей собственной попыткой приподнять завесу этой таинственности и открыть: КТО же — или ЧТО же — стоит за легендой ПИНК ФЛОЙД.
Ни в коем случае не стоит считать мой труд авторизованной биографией. Мне повезло — я ездил с ними и брал интервью во время американских гастролей ПИНК ФЛОЙД в рамках одного из их последних мировых турне. Материал я отдал в «Musician». Стив О'Рурк, долгое время бывший менеджером ПИНК ФЛОЙД, сказал мне, что я был первым журналистом, которому были предоставлены такие широкие возможности. Я хотел бы поблагодарить Дейва Гилмора, Ника Мейсона и Ричарда Райта и их товарищей — Йона Кэрина, Скотта Пейджа, Гая Пратта, Тима Ренвика и Гарри Уоллиса за то, что я мог свободно общаться с ними и встречал полное понимание с их стороны в тот уик-энд, пришедшийся на День Поминовения ( не забыть бы бэк-вокалисток — Рейчел Фьюри, Дургу Макбрум, Маргарет Тейлор и мастера по свету Марка Брикмэна).
Я хотел бы выразить особую благодарность дорожному менеджеру Джейн Сен, Мэри Эллен Катанео из фирмы CBS и Скотту Айтеру из журнала «Musician» — за то, что они смогли предоставить мне столь уникальную возможность и делились со мной своим опытом.
Я не смог взять интервью с глазу на глаз у двух ключевых фигур ПИНК ФЛОЙД — у Барретта и Роджера Уотерса. Что касается Сида, я понимал, что было бы неправильным пытаться вторгнуться в его отшельническую жизнь после ухода из группы. Его существование, тем не менее, было подробно описано мне людьми, близко знавшими (и знающими сейчас) Барретта.
Много раз я пытался вызвать на разговор Роджера. Вроде бы он проявлял какую-то заинтересованность и даже позвонил мне в номер лондонского отеля. К сожалению, меня в это время не было — я был в гостях у Рона Джизина, старого друга Уотерса. Хотя Рон, Ник Гриффите и Тимоти Уайт входили в число тех людей, которые давали Роджеру высокую оценку, со стороны многих, с кем мне приходилось встречаться, слышались и не столь лестные отзывы ( в том числе от трех его бывших коллег). В связи с этим я горел желанием (о чем и написал Уотерсу) представить максимально беспристрастный и взвешенный отчет. В конце концов, единственным, что мне удалось получить от него лично, была краткая, написанная от руки, записка: