Как и ожидал Степан, толстяк двинулся за ним. Пес убежал куда-то вперед, вернулся, снова убежал. Наконец Гончар остановился возле кузницы. Оттуда тянулся запах горячего металла, смешанный с кисловатой угольной гарью.
Здесь улица сворачивала в тупик, и Степан, пройдя немного, повернул обратно. Он впервые встретился взглядом с толстяком, который преследовал его. Тот прислонился к стене и сложил руки на винтовке, висевшей поперек живота. Кроме них, в тупике не было никого, если не считать пса, который жался к ногам Гончара. Толстяк выплюнул жвачку и сказал:
— Ты плохо смотришь за своей собакой.
Степан прошел мимо.
— Эй, постой-ка, друг! — просипел толстяк. — Я с тобой разговариваю!
— Что тебе, друг? — Степан повернулся к нему, улыбаясь. — Может быть, ты меня с кем-то путаешь?
— Может быть. Но собаку твою я ни с кем не спутаю. Скажи, друг, откуда у нее кровь на брюхе?
— Я не лезу в собачьи дела. А собака не лезет в мои. Вот так и живем, друг.
— Постой, постой. — Толстяк оторвался от стенки и загородил выход из тупика. Он оглядывался, явно поджидая кого-то, и держал одну руку на винтовке, а другую выставил перед собой, почти упираясь в грудь Степана. — Постой. Это не собачьи дела. Может быть, это и наши дела. Ты откуда сам-то? Говор у тебя не местный.
Степан шагнул вперед, наткнулся грудью на выставленную руку и надавил на нее, как будто пытаясь столкнуть толстяка назад. Тот набычился и резко подался вперед, чтобы остановить противника. Но Гончар мгновенно развернулся на носках, и толстяк, потеряв опору, пролетел мимо. Зацепившись сапогом за подставленную ногу, он шумно повалился в пыль, гремя всей своей амуницией. Степан придавил каблуком его мушкет.
— Полежи, друг, отдохни, — сказал он.
Пес, осмелев, подскочил к застывшему на земле толстяку и зарычал, щелкая зубами и морща нос.
— Собаку… Убери эту чертову собаку!
— Если не будешь шевелиться, собака тебя не тронет.
На улице показались трое. Чернобородый приятель толстяка вел за собой двоих, одетых вполне прилично и без винтовок. Степан разглядел звезды на их жилетах и вежливо приподнял шляпу:
— Добрый день, шериф!
— Что тут творится? — Шериф недоуменно переводил взгляд с толстяка на Степана. — Из-за чего драка? Кажется, вас надо успокоить. Я могу проводить вас в одно спокойное место. Самый спокойный уголок в городе.
— Спасибо, шериф. Но никакой драки нет. Мы неловко столкнулись, вот и все. Уж больно тесные улицы в вашем городе.
Степан даже помог толстяку подняться. Шериф переглянулся с помощником и сказал:
— Ты, кажется, привык к широким улицам? Кто такой, откуда, зачем прибыл?
— Я ветеринар, приехал вчера из Небраски. Остановился в "Эрмитаже".
— Собака твоя?
— Нет.
— Почему она бегает за тобой?
— Привязалась по дороге. Я промыл ее рану, покормил. Наверно, псине это понравилось.
— Но мне не нравится, когда бездомные собаки бегают по улицам моего города, — угрожающе сказал шериф и засунул пальцы под ремень. Он откинул голову и свысока глянул на Степана: — Ты меня понял?
— Конечно. — Гончар улыбнулся. — Я привяжу пса под кроватью. Могу я вернуться в отель?
Шериф смотрел на желтого пса, барабаня пальцами по пряжке.
— Пойдем вместе, — решил он. — Как бы ты опять не свалил кого-нибудь по дороге. Говоришь, приехал из Небраски? Верхом?
— Да.
— А где нашел собаку?
— Это она меня нашла. У развилки, недалеко от города.
Пес бежал впереди, оглядываясь.
— Говоришь, промыл рану? Какую рану?
— Похоже, койот цапнул.
— А ничего подозрительного по дороге не встретил? Не слышал стрельбы, к примеру?
— Стрельбы? Нет, не слышал, — твердо ответил Степан.
До самого отеля Гончар шел в сопровождении шерифа и помощника, а сзади плелись бородатые ковбои с винтовками. Пес юркнул под крыльцо и замер там.
— Имей в виду, — сказал шериф. — Если не будешь следить за псом, его прибьют. У нас не любят бродяг. Кстати, ветеринар, можешь дать мне совет насчет лошади?
— А в чем дело?
— Хромать стала. С виду все нормально. Неделю бегает и вдруг начинает хромать. Через пару дней все проходит, опять может месяц бегать. А потом опять та же история.
— Не волнуйтесь, шериф. Это точно не бруцеллез.
— Точно? Ну а мне-то что делать, не подскажешь?
— Подскажу, — серьезно сказал Степан. — В тот день, когда она не будет хромать, продавайте ее.
Вернувшись в номер, Степан принялся молча помогать Харви укладывать продукты в дорожные сумки. Он решил не рассказывать о встрече с шерифом.
— Выйдем на рассвете? — спросил Дрейк.
— Нет. На закате. Ты же любишь ночевать среди скал.
— Мы можем переночевать на ранчо.
— Мне почему-то кажется, — сказал Степан, — что нам уютнее будет под открытым небом, чем под крышей на этом ранчо. Ты заметил, что на улицах почти не видно местных жителей? Все куда-то попрятались.
— Все, кроме шерифа и ботаников, — согласился Харви.
— Все это очень похоже на войну. Но я не понимаю, из-за чего здесь могут воевать.
