Гейтс просек мгновенно. Саудовский король нанял для своих дел бывшего начальника контртеррористического отдела ЦРУ. Тот, в свою очередь, пользуясь старыми связями — нанял кого-то с американского флота. Они решили ликвидировать Хусейна и вляпались. Но вляпались сильнее, чем они думают. Им светит лет тридцать — сорок в федеральной тюрьме — и не по иракскому закону, а по американскому.
Остается выяснить только одно
— Давно он там?
— Сэр, он уже был здесь, когда я приехал.
— Выясни, не связывался ли он с кем-то через секретную связь в Посольстве. С кем то из наших. Сколько надо времени?
— К утру, сэр
— Хорошо.
— А что с агентом, сэр...
— С этим потом. До связи.
Гейтс прервал разговор, вышел из защищенной комнаты. У нее, в сопровождении агента безопасности — стоял человек из советского отдела.
— Сэр...
Они отошли в сторону
— Сэр... наладить секретную связь с Багдадом за назначенное время технически невозможно.
Гейтс принял решение.
— Выясни через кого можно быстро передать информацию в Ирак. Посольство или представительство ООН. Что-то в этом роде.
— Да, сэр...
На лифте — Гейтс поднялся на последний этаж. Замдиректора Штольц уже ждал его в приемной директорского кабинета
— У нас есть добро по Ираку.
— Вот как, сэр?
Штольц был опытным волком и вида не подал.
— Да. Начинаем работать. Мне нужен общий оперативный план и как минимум три плана на чрезвычайные обстоятельства. Если Саддам задумал недоброе — мы должны узнать об этом быстрее него самого. И мне плевать, как это будет сделано.
Авратакис позвонил утром. Голос был бодрым, видимо в Саудовской Аравии был хороший кофе.
— Вы угадали, сэр — с порога заявил он — бинго
— Говори яснее — у и.о. директора ЦРУ кружилась голова от бессонной ночи
— Известный вам человек — имел семь сеансов закрытой связи через комнату посольства только в этом году.
— С кем?
— Шесть из них — одним и тем же человеком.
...
— Зам директора Штольц, сэр. Минимальная длина сеанса восемь минут, максимальная двадцать три минуты.
— Добейся того, чтобы тебе сделали выписку из книги учета. Прямо сейчас, пока о ней не сообщили сюда.
— Да, сэр. И еще.
— Что еще?
— Известное нам лицо очень активно с начала года. У них здесь была база. Все финансируется из местной казны.
— Понял. Отличная работа.
Два слова, редко встречающиеся в одном предложении
— От меня еще что-то требуется, сэр?
— Оставайся на месте и не светись. Да... еще посмотри, каким образом можно пересечь границу с Ираком. Меня интересуют все варианты.
— В какую сторону, сэр?
— В обе. Как можно больше вариантов.
— Понял, сэр.
— Отлично поработал. Конец связи.
Если все пойдет кувырком — возможно, даже один, но опытный агент, знающий местность и с заранее подготовленными заготовками — будет козырем в игре.
И.о. директора ЦРУ — поднялся на последний этаж здания в Лэнгли. Вместо своего кабинета — свернул в кабинет заместителя директора Штольца. Тот, серый от усталости — сидел, и делал какие-то пометки в папке с косой красной чертой[49]. Рядом дымилась чашка с кофе. Подняв глаза на и.о. директора — он сразу просек.
— Саддам был и есть подонок — сказал он
...
— И я сделал то, что счел нужным сделать.
— И облажался — припечатал Гейтс — знаешь, мне плевать на то, что ты сделал. Меня беспокоит то, что ты не сделал.
...
— Ты знаешь правила.
— Когда? — внешне спокойно спросил Штольц
— Не сейчас. Когда скажу. Надо расхлебать то, что уже успели натворить. У вас есть что-то, что бы можно было представить?
— В первом приближении.
— Давайте, посмотрим.
Примерно в час дня, перед тем, как ехать в Пентагон — Роберт Гейтс снова встретился с человеком из советского отдела. Тот показал и.о. директора неизвестно как у него оказавшееся досье ФБР.
— Хасан Аель. Тридцать восемь лет, иракец. Приписан к представительству Ирака при ООН. Здесь больше года.
