— Вот какая ты стала, Ристина!..
— Пески. Сплошные пески! Барханы — как застывшие бурые волны. Островки колючих растений-эфемеров, совсем молодых, будто только вчера пробившихся из раскаленной почвы. Далеко на Востоке еле приметна низкая гряда разрушенных гор, скорее похожих на холмы, а над головой синее-синее небо, глубокое, беспокойное, без единого облака!
Северов выругался и вразвалку, не торопясь обошел вокруг звездолета. Пнул одну из опор, как бы проверяя надежность, и с досадой посмотрел на тонкий серебристый корпус… Насмешка судьбы! Кто мог предугадать, что встреча с Черным Гигантом преподнесет столько неприятностей! Без ремонта дальше не полетишь — самоубийство. Сам-то черт с ним, а вот ценнейшие материалы разведки нужны Земле, и рисковать ими — преступление.
Что ж, Ристина — так Ристина! Ремонт — так ремонт… Киберы уже приступили к работе. Уперлись железными лбами в аппаратуру, и им ровным счетом наплевать на этот зловещий мир! А Северову не по себе — очень уж тревожно и неуютно.
Ристина… Великолепные леса и травы покрывали тебя совсем недавно. А после катастрофы, когда появилась Оранжевая Смерть, стали уничтожаться леса и цветущие луга на огромном пространстве, горы сравнялись с долинами, плодородная почва превратилась в бесплодную пустыню… Что же здесь случилось, Ристина?
Пески. Одни пески! Ни озерца, ни паршивой речушки. Ни капли воды! А ведь тут когда-то было море. Начиналось оно прямо от подножия горного массива, на котором тогда высилось здание ЭИБСа. Там работал Арди — самый гениальный физико-химик и самая отчаянная голова во всей Системе. Эх, Арди, Арди, что ты наделал!..
Северов вздрогнул, почувствовав чей-то взгляд. Вздор… Какая живая душа может быть на этой мертвой планете, давно забытой и оставленной людьми. И все же чувство присутствия постороннего не покидало капитана. Он оглянулся. В просветах лиловой ряби кустарника кто-то двигался в его сторону — неясный, как в тумане. И вдруг остановился. Северов увидел застывший взгляд, непривычную бледность кожи.
— Эй! — Не получив ответа, капитан приблизился к странному незнакомцу и с удивлением рассматривал его. Неуверенная, стушеванная граница линий тела, клочковатый шлейф…
— Эй, ты кто?
И вдруг из глубины памяти молнией вырвалась мысль: «Арди!» Северов протянул руку, и пальцы, словно в тесте, увязли в неприятной тягучей массе.
— Арди, ты?
Арди молчал.
Капитан нагнулся и начал не спеша стирать песком мутноватую слизь. Она очень въедлива и пахнет не поймешь чем.
Пески. Пески… Барханы… Ах ты, черт, какая дрянь!.. Но почему жив этот, если того, первого, давно не существует?
Северов выпрямился. Противный холодок пробежал по спине, когда он увидел смотрящие в упор глаза.
— Ты оттуда? — спросил Арди глухо, как сквозь вату.
— Нет, возвращаюсь туда.
— Ты умрешь здесь, или… — По губам Арди скользнула улыбка мертвеца, он чуть качнулся и прикрыл глаза. — Расскажи мне про Арди, — попросил он.
— Ладно.
— А о Земле забудь. Кто попал сюда, назад не вернется.
— Башмаки всмятку…
— Здесь Арди.
— Что?!
— Арди. Он приходит вон оттуда… Послушай, расскажи мне про него. Каким он был до моего рождения?
— Ладно. Потом.
— Люди забыли меня. Я мог бы многое сообщить им, а теперь поздно: я погибаю… погибаю… погибаю…
— Что с тобой?
— Ничего… Умру скоро… скоро…
— Гм. Несколько лет назад экспедиция Травина искала тебя здесь — и не нашла.
— Тогда Арди увел меня на Со-Лесту… Мы видели их…
Северов поежился:
— В то время его уже не было в живых.
— Не выдумывай, чего не знаешь… Он жив и сейчас… жив и сейчас… жив и сейчас…
— Перестань болтать. Завелся.
— Жив и сейчас…
«Э-э, да ты с заскоками, друг, — подумал капитан, — с тобой держи ухо востро!»
— Ты что, заснул?
Взгляд Арди уперся в одну точку. Он весь застыл, словно статуя из белого мрамора, над которой еще много нужно было поработать ваятелю.
— Вот они какие дела! — сказал себе Северов. — Не вовремя ты замолчал, приятель! — Он погладил свой острый подбородок и растянулся на песке в тени звездолета. Некоторое время смотрел на зыбкую линию горизонта, и в его памяти все отчетливее рисовалась последняя встреча с Арди.
Северов прибыл на Ристину в тот незабываемый год, когда в присутствии спецкомиссии Арди производил самый сенсационный эксперимент века.
На космодроме Северова не встречали. Он сбросил с себя портативный двигатель и скафандр. Еще раз огляделся — точно, никого! Горько усмехнувшись, он громко засвистел какой-то легкомысленный мотивчик и вразвалку зашагал по еле приметной тропе, которая, по его мнению, должна была привести к ЭИБСу.
Уже в пути, перед тем как углубиться в лес, он увидел быстро снижающийся аэролет. На траву из кабины легко спрыгнул молодой человек в массивных очках и смущенно, скороговоркой сказал:
— Товарищ Арди просит извинить его. Он сейчас очень занят.
— Всегда занят, — проворчал Северов и пошел дальше.
— Куда же вы?
— Чего уж там. Прогуляюсь.
— Через заросли теперь не пройти. У нас сообщение только по воздуху.
— Дожили.
— Что вы сказали?
— По земле, говорю, лучше.
