Этот рассказ написан в июне 2002 года, вскоре после премьеры "Атаки клонов". Тринадцать лет спустя, вернувшись к теме "Звездных войн", я заново отредактировала его и дополнила: число сцен то же, что и в варианте 2002 года, но все они значительно расширены. После битвы за Набу прошло более семи лет. Анакин Скайуокер постигает пути Силы... Отношения Анакина и Оби-Вана стали достаточно прочными, но между учеником и учителем часто возникают разногласия, и это нечто качественно иное, нежели прежние споры Оби-Вана с Куай-Гоном. Анакин уважает учителя и старается следовать его советам, но мысли у него достаточно противоречивые...Предупреждение: описание реальности, в которой разворачивается сюжет, помимо канона, включает Расширенную Вселенную и авторский вымысел.
Annotation
Этот рассказ написан в июне 2002 года, вскоре после премьеры "Атаки клонов". Тринадцать лет спустя, вернувшись к теме "Звездных войн", я заново отредактировала его и дополнила: число сцен то же, что и в варианте 2002 года, но все они значительно расширены. После битвы за Набу прошло более семи лет. Анакин Скайуокер постигает пути Силы... Отношения Анакина и Оби-Вана стали достаточно прочными, но между учеником и учителем часто возникают разногласия, и это нечто качественно иное, нежели прежние споры Оби-Вана с Куай-Гоном. Анакин уважает учителя и старается следовать его советам, но мысли у него достаточно противоречивые...Предупреждение: описание реальности, в которой разворачивается сюжет, помимо канона, включает Расширенную Вселенную и авторский вымысел.
Тесса Ноэл
Тесса Ноэл
Близкие и чужие
I
У Анакина Скайуокера с самого утра было омерзительное настроение. Ему недавно исполнилось семнадцать, и он не в первый раз задумался: когда же ему поручат самостоятельную миссию? Иногда появлялись мысли, что ответственного дела ему не доверят еще лет десять, поскольку в Ордене его считают нетерпеливым, упрямым и своевольным (да, список выходил довольно длинный, но Анакин ничего не мог с собой поделать: после очередных упреков учителя он старался быть образцом послушания, однако надолго его не хватало). "Надо прислушаться к Силе, падаван", "Сосредоточься, юный ученик", "Терпение, Анакин"... Он уважал своего наставника и доверял его суждениям (если бы еще всегда руководствовался ими), Оби-Ван Кеноби был для него серьезным... ну, почти всегда серьезным авторитетом, но нередко ему так хотелось расширения своих прав.
И сегодня на него опять накатила волна смешанных чувств, в трапезной он едва притронулся к завтраку и, не допив витаминный коктейль, удалился в "свою" комнату. Собственно, своего жилища в Храме у Анакина не было: учителю и ученику отводилась одна просторная комната, разделенная на две половины информационным терминалом и креслом. Поначалу это не нравилось ему - даже в бытность рабом Уотто он имел личный уголок, пусть мать и говорила, что это временно, пока тойдарианец не выиграет или не купит кого-то еще, - но он привык. Оби-Ван сказал, что по прошествии времени ему выделят отдельную комнату, а пока дружеские разговоры перед сном после дня, насыщенного лекциями, тренировками и медитациями, скрашивали обратную сторону их соседства - постоянный контроль. В присутствии Оби-Вана невозможно было избежать положенных утренних и вечерних упражнений на сосредоточение, которые Анакин не любил, а просмотр Голонета в личных целях в урочное время прерывался напоминанием о более полезных занятиях.
...Учитель подошел к нему. Анакин мельком взглянул на Кеноби, не встав, лишь слегка повернув голову. Оби-Ван выглядел свежим и отдохнувшим. За время, прошедшее с известных событий, он стал опытным рыцарем. Дело Ордена и Анакин, его ученик, - вот ради чего он жил, вот что составляло смысл его жизни; с каждым годом он чувствовал, что все больше начинает понимать Куай-Гона; жаль, что подлинное понимание личности учителя приходит к нему слишком поздно, думал Оби-Ван, - по мере собственной зрелости. В обучении и воспитании Анакина, конечно, принимали участие и остальные мастера Ордена, в первую очередь Йода и Мэйс Винду. Оби-Ван подозревал, что Йоду Анакин глубоко уважает, но не вполне понимает, а Винду слегка побаивается, хотя и любит тренировочные бои с ним. Что было тому причиной, он догадывался: вряд ли Анакин когда-нибудь забудет первое знакомство с Советом. И все же лучших наставников было не найти. С ними дружил и многому у них учился Куай-Гон, его примеру следовал Оби-Ван. И в этот же круг желал ввести своего падавана. Гордыня - плохой советчик, а для джедая и вовсе недопустима. А именно гордыня, и только она, полагал Оби-Ван, отдаляла Анакина от самых сведущих и могущественных магистров.
- В чем дело, мой юный ученик? Тебя что-то беспокоит?
Анакин покачал головой.
- И все-таки. Расскажи мне. - Оби-Ван присел рядом с ним на кровать, поправив полы плаща; в контраст с темно-коричневым одеянием Анакина, его туника была светло-бежевой.
Падаван, не отвечая на вопрос, спросил:
- Какие у вас планы на ближайшее время, учитель?
- Меня посылают урегулировать налоговый спор на Руне. Полечу с полным комфортом на "Согласии": обитатели Руна экспортируют драгоценные камни и редкие металлы и ценят внешнее благополучие. Так что мой визит, - Оби-Ван приосанился и продолжил с долей иронии, - должен произвести впечатление.
На "Согласии", посольской яхте, относящейся к классу люкс, летали редко и только со знатными персонами: помимо нескольких богато обставленных кают, на этом звездолете имелся конференц-зал, облицованная алдераанским мрамором ванная комната и даже гардеробная. Анакину никогда не доводилось на нем путешествовать.
- Полетите? - переспросил Анакин. - Вы хотели сказать "полетим"?
- Вылетаю я, завтра. Там дело в экономике и бюрократии, тебе лететь надобности нет.
- А что мне делать? - приуныл Анакин.
