– Устал я, Марат Александрович, поперек горла все встало, – с непривычки морщась от коньяка, выдал нотариус. – Мне много не надо: дом на берегу моря, женщину красивую рядом, например, как ваша Машка, денег так, чтобы не считать, ну и в принципе все.
Обычно, когда люди мне свои мечты перечисляют, они надеются, что именно я их оплачу, но, судя по довольной худой роже Шустова, он даже не надеялся, он в этом, сука такая, был уверен.
– Лев Николаевич, давай без прелюдии, говори, зачем пришел.
Шустов кивнул, поднял с пола портфель, достал из него лист и положил на стол передо мной.
– Пожалуйста, Марат Александрович, ознакомьтесь с документом.
От содержания текста у меня на голове волосы зашевелились, и, читая третий абзац, я не выдержал и взорвался:
– Это что за херня?!
– Это не херня, как вы изволили выразиться, Марат Александрович, а копия нового завещания вашего брата, которое он написал за две недели до того, как нас покинул. Теперь его наследником являетесь не только вы, но и ваша невестка, Воронцова Анастасия Сергеевна. Ваш брат отписал супруге ровно половину своего имущества, принадлежавшего ему на момент смерти.
– Твою ж мать! – выкрикнул я и со всей дури треснул по столу кулаком. – И как только Руслану такая бредовая мысль в голову-то пришла?! Хотя известно как. Ему эта сучка мозги вправила. Небось, каждый день нашептывала, дрянь, лежа рядом на подушке, а этот дурак ушами хлопал. Да-а, недооценил я Настену. Умница, подсуетилась.
– Марат Александрович, ну что же вы так разнервничались? – Спокойствие и довольная морда Шустова раздражали, так и тянуло врезать. – Безвыходных ситуаций ведь не бывает. Особенно, если вы окружены преданными людьми, которые готовы ради ваших интересов и карьерой, и свободой рискнуть. Сегодня новое завещание вашего брата еще есть, а завтра оно может попросту испариться.
– Что значит «испариться»? Разве нотариусы не обязаны завещание регистрировать и текст в общую базу отправлять?
– Обязаны. Не все так просто, как вы описали, но суть верна, – активно кивая, согласился нотариус. Если он сейчас ничего дельного не предложит, за то, что он меня о новой воле Руслана не предупредил, я засуну ему в глотку бутылку коньяка, хрен потом вытащит. – Марат Александрович, уверяю вас, я профессионал и у меня сбоев в работе не бывает, но за всеми не уследишь. Помощница моя, курица тупоголовая, в папку завещание вашего брата положила и благополучно забыла. То есть старое завещание не аннулировала, новое не зарегистрировала и никуда не отправила. Я, когда понял, что сделала эта недотепа, хотел все исправить, а потом подумал, а может, и к лучшему…
– Хватит. – Надоело мне слушать вранье. Не было никакой недотепы, завещание брата Лев Николаевич припрятал намеренно, смекнул, хитрая сволочь, что пахнет наживой. – Сколько?
– А сколько вы потеряете, Марат Александрович, если завещание всплывет? Вот от этой суммы пятнадцать процентов, – изъявил свое желание Шустов.
– А ты, часом, не охренел?! – рявкнул я, поднялся, подошел к Шустову и, схватив его за ворот рубашки, тоже заставил встать. – Ты вроде как дом на побережье хотел, а не собственный остров, и бабу одну, а не целый гарем. Я сам назову сумму, и ты ее не торгуясь возьмешь. А прямо сейчас ты поползешь в свою конуру и в зубах притащишь мне оригинал завещания. А нет – я буду тобой очень недоволен, и ты не только бесплатно мне все отдашь, но еще и поблагодаришь, что я взял.
Анастасия
Вчерашний вечер без двери показался мне сущим кошмаром. Дыру я завесила простыней, но мне постоянно мерещилось, что ткань кто-то отодвигает и подглядывает за мной. А один раз так и случилось, когда горничная убирала в коридоре возле моей спальни, не удержалась и продемонстрировала мне свой любопытный глаз и половину лица. Девушка, конечно, извинилась и пообещала, что впредь такого не повторится, но… она же не единственный человек в доме.
Поэтому утром следующего дня я задалась целью во чтобы то ни стало вернуть дверь на прежнее место. Первым делом позвонила в агентство бытовых услуг, естественно, уже в другое. Заявку мою охотно приняли и отправили мастера, но охрана его машину дальше ворот не пустила. Воронцов распорядился – чужим на территорию дома вход запрещен. Пришлось извиняться и оплачивать ложный вызов.
Раз чужие не могли установить дверь, я решила обратиться к своим. Но и тут напоролась на неприятный сюрприз в виде очередного приказа Марата – с дверью мне не помогать. Когда мне отказал один из охранников и объяснил почему, к другому пытать счастье я уже не пошла, посчитала, что не стоит мой комфорт увольнения человека.
Оставался один вариант: разговаривать насчет двери с Маратом. Начиная с шести часов вечера я ждала упыря, но он как назло не спешил домой возвращаться.
