Новый день... Проснулся я рано, из-за чего решил осмотреть место нашего содержания. В том чтобы совершить побег я не сомневался ни на минуту, ведь из десяти человек, участвующих в зачистке разлома выживает только два. Самый крупный разлом России, расположенный где-то под Абаканом, имеет в себе примерно сотню этажей. Самым глубоким в начале Вторжения было только "Амазонское Пекло" в шестнадцать ярусов, а сейчас это число - норма для разломов. Насколько я помню из новостей, в "Абаканскую Преисподнюю" вояки сунулись лет семнадцать назад. Тогда разлом был глубиной всего в девять этажей, спецназ полез вниз, зачистил три этажа, потерял полностью два батальона, из-за чего штурм последнего яруса отложили в долгий ящик. Пробились только к выходам вниз, поставили блокпосты, заложили всё минами и периодически отстреливают лезущих снизу тварей.
Все окна в нашем помещении были закрыты толстыми решётками с другой стороны, а сами стеклопакеты были из бронестекла, простой просвет фонариком это показал. Наша группа была небольшой, всего семь человек - я, Вика, и ещё пять ноунеймов, с которыми я ещё не знаком, три парня и две девушки примерно нашего возраста.
Комната по размерам и планировке была точно такой же, как у уголовников, только комфортом отличалась в лучшую сторону. Удобные кровати, вертикальные шкафы при входе, тумбы, кулер в углу с баклашкой питьевой воды, кучка сумок и рюкзаков с другой стороны... Похоже, остальные прибыли сюда, заранее собрав вещи, а не как я с сестрой - с дождя и улицы. Наши пальто, кстати, всё ещё мокрые.
Я наконец-то снял с себя мокрое от дождя и пота пальто, кинул его на батарею, рядом аккуратно повесив пальто сестры. Остался я теперь лишь в одних штанах, кроссовках, майке, футболке и военных полуперчатках без пальцев. На поясе всё также болтался пояс с парочкой небольших сумок и автоматных подсумков, где-то сзади ещё болталась аккуратно свёрнутая бухта толстого троса.
Я опёрся руками на раковину и осмотрел вчерашние раны. Глубокая рана на скуле частично зажила и кровь из неё уже не сочилась, но вот две бурых дорожки по краям рта говорили о том, что по челюсти мне заехали знатно, чудом зубы не обломали.
А в остальном - обычный, побитый жизнью и временем подросток 19 лет отроду. Непослушные, длинные и кое как лежащие светло-серые волосы, такой же пустой и слегка уставший взгляд жёлтых глаз, как у сестры. Единственные наши отличия кроме пола - у Вики есть стихия и она старше меня на 2 минуты. Сил у меня нет, но при рождении "взаимозаменяемость" генов меня и Вики составляла где-то 65%. Стихию я не получил, но получил более крепкое, сильное и выносливое тело. Ещё не уровень стихийника, но явно повыше человека.
Я открыл воду и стал осторожно смывать ей кровь ото рта и ладони. Сквозная рана на ладони немного затянулась и практически не болела, но насчёт удержания ей оружия я сомневаюсь. Старая белая футболка, давно уже растянутая, в стирке пока не нуждалась, поэтому я оставил пальто сушиться и пошёл обратно к кроватям.
Подойдя к кровати я стащил с ног кроссовки и уже собирался залезать к себе, но взгляд задержался на спящей сестре. Вика спокойно дышала, обняв во сне подушку и слегка улыбаясь, чего я не видел очень давно. Сам я уже не помню, когда в последний раз улыбался просто так, от радости. Жизнь отучила это делать. Наверное ей родители снятся, воспоминания о них у нас самые приятные, только вот жаль, что такие хорошие люди долго не прожили...
Далеко за дверью раздался тихий топот сразу десятка ног. Я сразу же напрягся и снова натянул на ноги кроссовки, после чего тихо приблизился к двери. Топот стремительно приближался ко мне, поэтому я быстро стал водить глазами по комнате в поисках оружия или его подобия.
Взгляд зацепился за торчащий из чьего-то рюкзака широкий шест, который оказался мечом в ножнах, когда я его вытащил. Махать мечом я не умею, но вот ножнами крепко заехать смогу. Берём их.
Меч без ножен лёг обратно на рюкзак, а я сам переместился на самую ближнюю кровать ко входу. Каждый автомат спецназовца ФСКА комплектуется небольшим датчиком сердцебиения. Благодаря этой штуке наши попытки скрыться поначалу терпели крах за крахом, пока мне в руки не попал один из автоматов. В результате экспериментов сестры с этим прибором была выяснена парочка очень интересных моментов - дальность покрытия была всего 15 метров, сканирование проводилось с частотой где-то 1 раз в 3 секунды, при этом прибор не регистрировал пульс со значением менее 30 уд/мин. Стихийники же отличаются повышенной частотой сердечных сокращений при бодрствовании и пониженной во время покоя и сна в особенности.
Я осторожно встал у двери и замедлил свой пульс настолько, насколько это возможно. Минута счёта выдала цифру примерно в 27 ударов, меня уже в сон начало клонить, но в этот момент дверь тихо открылась и в помещение по-одному начали заходить спецназёры.
