КЕЙД Я влюблен в свою сводную сестру. К несчастью для меня, так же как и мой брат-близнец. Но я не позволю ему заполучить ее. Джун моя. МОЯ. И я собираюсь владеть ею, даже если это означает причинить боль тому, кого я люблю больше всего — моей второй половинке. Джун Мои сводные братья и я были разлучены из-за наследства, оставленного нам нашими родителями. Я не просила денег, но теперь они мои. И они оба ненавидят меня за это. Но я тайно любила одного из них в течение многих лет… ПАРКЕР Я — дурное семя. Паршивая овца. И мне надоело, что на меня смотрят свысока. Так или иначе, я всегда получаю то, что хочу. И чего я хочу… так что моей милой, ангельской сводной сестре, никуда от меня не деться.
Примечание: Главную героиню зовут June(Джун) что в дословном переводе означает Июнь, поэтому и герой символично, исходя из некоторых событий в книге, называет её Июньская бабочка.
Пролог
Каждый мужчина сожалеет об определенных вещах в своей жизни, и большинство из них связано с женщиной. Я должен был сразу понять в тот момент, как Джун Уайлдфокс появилась на моем пороге, держа за руку свою мать, что она в конечном итоге станет моим падением. Всё произошло мгновенно. Её ясные голубые глаза, бледная кожа, шелковистая копна темных волн, стали для меня ходячей навязчивой идеей с того момента, как я встретил ее. Она с самого начала была под запретом, а я никогда не мог удержаться от того, чтобы не откусить от запретного плода.
Меня зовут Кейд Миллер, и я совершил огромную ошибку. Ошибку таких эпически дерьмовых масштабов, что моя жизнь, блядь, может сгореть в огне в любой момент.
Проблема номер один: я много лет был влюблен в свою сводную сестру.
Милая, невинная Джун, которую я впервые увидел с заплетенными в косички волосами, в милом розовом платьице и с грязными коленками. Наивная, легко дразнимая Джун, над которой я издевался все своё детство. А потом, когда она стала подростком, я назначил ей самое страшное наказание, какое только можно тогда было вообразить. Я игнорировал ее. Я притворился, что ее не существует, и мне было наплевать.
Что ж, я все испортил. Она теперь никогда не купится на то, что я ненавижу ее сейчас.
Потому что вот проблема номер два: я только что трахнул Джун Уайлдфокс.
У нас с моим братом-близнецом Паркером был план. Чертовски хороший план. Мы хотели забрать то, что принадлежало нам по праву, и вернуть состояние моего отца. Но я и представить не мог, что снова потеряюсь в этих мягких голубых глазах, изгибе ее груди или ее волосах, падающих на ее обнаженную спину, как водопад.
Я ненавидел ее. Всего несколько месяцев назад я желала ей мучительной смерти.
Я хотел отомстить. Мы оба, блядь, хотели.
Я был уверен, что это сработает. Мы оба были чертовски в этом уверены.
Джун заплатит, и мы получим то, ради чего так усердно работал наш отец.
Но когда я смотрю на ее фигуру под одеялом, на то, как ее грудь мягко поднимается и опускается с каждым вздохом, я понимаю, что мне всё ещё небезразлична эта девушка. Я хочу защитить ее от тьмы, гноящейся в моей душе. Тьма, которую она разжигает своей гребаной невинностью. Все, блядь, пропало, потому что я взял это в кулак и раздавил.
Так же, как я сделал это пятнадцать лет назад.
Я разрываюсь между верностью своему настоящему брату и снова возрождающейся любви к сводной сестре, девушке, нет, женщине, потому что я только что сделал ее такой, и этот поступок разорвет меня на части. Я уже это знаю.
Я глажу ее шелковистые мягкие волосы, мои губы слегка касаются ее фарфоровой кожи. Она стонет от удовольствия, и я потираю виски, понимая, насколько я глубоко в заднице. Что касается моих сожалений, то моя кошечка Джун, уже не девственница, возглавляет мой гребаный список.
Глава 1
— Что бы вы хотели надеть сегодня, мисс Уайлдфокс? Как насчет вашего нового костюма-двойки от Шанель?
— Мне все равно, — стону я, накрывая голову своей мягкой, как перышко, подушкой. — Боже, Мэгги. Пожалуйста, задерните шторы. Никто не должен бодрствовать в это время суток.
— Но, мисс Уайлдфокс, пришло время для урока йоги в четыре тридцать утра! — Мэгги щелкает языком, мучая меня, стаскивая с меня пододеяльник.
— Пожалуйста, Мэгги, мы не можем перенести это? — Я дергаю за ниточки, но я не хочу вставать и сталкиваться с еще одним днем моей скучной рутины. Это не приносит мне никакой радости. Ничего не происходит уже несколько месяцев. — Я так измучена… Я шесть недель подряд, встаю раньше пяти утра!
— Извините, мисс, но у вас напряженный график.
Мне хочется плакать, но вместо этого я опускаю ноги на деревянный ореховый пол и потягиваюсь, как кошка.
— Все в порядке, Мэгги. Я уверена, что в какой-то момент все наладится. Есть какие-нибудь известия от Кейда или Паркера?
Я действительно должна перестать спрашивать о них. Даже моя горничная жалеет меня. Ну, они, наверное, все так делают. У меня четыре горничные, которые работают посменно, потому что иногда я на ногах по двадцать часов. Каждая смотрит на меня с жалостью, когда я упоминаю своих сводных братьев. И когда я с пустой надеждой смотрю на еще один смущенный взгляд, я понимаю, что они просто уже никогда не позвонят.
— Почему они не хотят говорить со мной?
— Только не это снова, мисс Уайлдфокс, — со стоном умоляет Мэгги. — Они злые мальчишки. Вам не нужны мальчики, мисс Уайлдфокс. Вам нужен мужчина.
— Они мои братья.
— Сводные братья, — напоминает она мне.
