Только закавыка: «окультуривали» Генсека его самые близкие соратники. Особенно старались Ворошилов и Каганович. И Сталин им это делать не запрещал.
Так что, Сталину культ самому был нужен? Конечно. Понятно, что сам себя он не мог нахваливать на каждом углу. Это делали его друзья. Только не для превращения в икону для раба-народа. С другой целью. Здесь стоит вспомнить «окультуривание» Ленина.
Ведь предложил идею Мавзолея и настоял на ней именно Иосиф Виссарионович. И это вызвало почти бешенство у Троцкого. Он сразу понял, что делает Сталин.
Владимир Ильич только начал болеть, а его «соратники», которых нам после 20-го съезда стали изображать, как верных ленинцев, уже начали раздрай в партии, дискуссии свои запустили. Они идеи и планы Ленина собирались продискутировать.
Тогда тело Вождя настоящие соратники Ленина положили в Мавзолей. Икону сделали? Мощи сотворили? Да нет, конечно. СИМВОЛ!
И после этого любая попытка критика ленинизма расценивалась, как нападки на Партию. У оппозиции вышибли из под ног точку опоры. Ее лидерам перестал помогать авторитет «старых большевиков».
И просто посмотрим по времени, когда началось возвеличивание Сталина. Да оно с началом обсуждения планов коллективизации и индустриализации началось! Когда антиленинская оппозиция и замутила свою борьбу против сталинского курса.
И станет ясно, что «культ» был сознательно инициирован сталинцами для противостояния оппозиции. Сделали Сталина символом. Так же, как и Ленина.
Только с одной целью — не дать возможности этим тварям разорвать на клочки партию, а следом — и страну.
Народу Сталин-икона был ни к чему, так же, как и Ленин-икона. Жизнь народа улучшалась так, что эти двое любовью пользовались и без портретов в кабинетах секретарей обкомов.
А вот вякать секретарь обкома о том, что Сталин ошибается и страну ведет куда-то не туда, уже просто не мог. Сразу — враг народа!
Но вякать он с трибуны на площади не мог. И печатно в газетах. А между собой эти партийные бюрократы и Сталину в глаза вякать не боялись. Грызлись, как собаки. И заговоры не боялись устраивать, когда грызня не помогала.
Потому что «великим и ужасным» Вождь советского народа нам представлен в фантазиях «историков».
Только когда зимой 1941 года Главнокомандующий попробовал отдать распоряжение помимо командующего фронтом Жоры Жукова, то Жора сразу позвонил шефу «великому и ужасному»:
— Иди ты на … со своими распоряжениями! Командую фронтом — Я!
А в мемуарчиках описывал как Главнокомандующего?! Типа того, что страшно было спорить, аж писались в галифе некоторые, но спорить можно было, если много жидкости перед этим не пить.
Да еще до войны «великого и ужасного» так все боялись, что Ежова, к примеру, частенько и на аудиенцию вытянуть не могли. В рабочее время валялся в кабинете пьяным в стельку.
Так что, не было в ЦК ни у кого боязни шмальнуть из ТТ в «живого Бога».
А что заговорщики получили после переворота?…
Еще не совсем утихло эхо от голосов обиженных приватизацией (вернее, голосили пролетевшие с приватизацией, не смогли в той очереди локтями путь себе пробить), что вот секретари коммуняцкие так не воровали, как дерьмократыыы!
Аниии, панимашь, о народе думали думу и по одной даче имели! И то — по государственной.
Что верно, то верно. Так не хапали. Но это у них не фантазии не хватало, а боялись. Еще побаивались…
Чтобы понять, что члены ЦК приобрели, захватив власть в свои руки, осуществив давнюю идею Зиновьева о диктатуре партии, нужно представить, как жили в то время члены Правительства.
Многое может просто шокировать. Сорвать крышу вместе с шаблонами. Конечно, то, что Сталин был довольно неприхотлив в жизни, что Берия не кормил шлюх с улицы шоколадками в своем особняке, это уже известно.
Меня несколько лет назад удивил факт биографии Климента Ефремовича Ворошилова. Когда они с женой наусыновляли ребятишек, то встал вопрос свежих продуктов — молока, мяса, яиц… Ворошиловы были людьми простыми и им всё казалось, что люди будут о них думать, будто они к чужим детям относятся не как к родным, мало любят. Поэтому супруга Климента Ефремовича забросила службу и все время посвятила детишкам. А чтобы дети хорошо питались, завела на даче хозяйство: кур, свиней, корову.
Нарком Обороны! Министр обороны по-нынешнему! Можно вообразить хотя бы гипотетически, чтобы жена Шойгу доила корову?! Чтобы у детишек свежее молоко было!
И это член Правительства! Виднейший партиец! Второй человек в государстве!
(Ворошилов был вторым, как я считаю, а не Молотов или Берия).
В Куйбышеве, где Климент Ефремович был в 1941 году главой «запасного» правительства, он вообще обедал в обычной заводской столовой! За одним столом с работягами. И нос свой министерский не морщил.
А уж какой-нибудь секретарь республиканского комитета КПСС вообще держался в черном теле.
И это было правильным. Именно для расширенного социалистического производства. Если бы народ-собственник увидел, что его слуги жируют, как буржуины-кровососы, то никакие бы материальные стимулы не помогли бы. Апатия. «На кого работаем?»
