9 ноября, 2018 https://p-balaev.livejournal.com/2018/11/09/
Если честно, то я вообще не собирался свое драгоценное время тратить на разбор знаменитого «Оперативного приказа № 00447», подписанного Н. И. Ежовым. Достаточно того, что этим секретным приказом были определены составы репрессивного органа — «троек». Уже одного этого хватает, чтобы отнести бумажку с этим приказом из архива в ватерклозет.
Но в споре одного моего товарища по Движению с историком Климом Жуковым, этот историк заявил, что Балаев не доказал поддельность этого приказа. Ну что с этих историков взять?! Клим Жуков по специальности медиавист, да еще и реконструктор по увлечению. В тех областях он должен разбираться. Если ему кто-нибудь принесет копьё с титановым наконечником и алюминиевым древком и скажет, что оно сделано в 12-м веке — он тоже будет доказывать его поддельность?
Такая же история с документом, приписанным Ежову. Там всё «титановое и алюминиевое». Ну, раз хочет историк, тогда посмотрим на этот документ.
Читаем название: «ОПЕРАТИВНЫЙ ПРИКАЗ от 13 июля 1937 года № 00447».
Дальше можно не читать. Если вы историк или ботаник, если вы никогда не сталкивались с управленческой деятельностью, то вам это название прокатит. Управленцы начнут недоумевать. Приказы, действительно, подразделяются на три основных категории: оперативные, кадровые и финансово-хозяйственные. Но никто никогда их так не называет, составляя документы. «Кадровый приказ», «Финансово-хозяйственный приказ» — такая же ерунда, как и «Оперативный приказ».
Мне ясно, что этот документ сочинялся не управленцем, не сотрудником аппарата НКВД, а ботаником, который решил, что если приказ касается проведения операции, то он должен называться «Оперативным приказом».
Идем дальше по названию: «ОБ ОПЕРАЦИИ ПО РЕПРЕССИРОВАНИЮ БЫВШИХ КУЛАКОВ, УГОЛОВНИКОВ И ДР. АНТИСОВЕТСКИХ ЭЛЕМЕНТОВ». Тут уже понятно, что автор не просто ботаник, но и деятель из общества «Мемориал», который каждую ночь просыпается в поту, видя навязчивый сон про страшную старуху-репрессию.
Под репрессией в юриспруденции понимается карательная мера, наказание, применяемые государством и государственными органами. Т. е., в переводе термина «репрессия» на русский язык, приказ звучит так: «Об операции по наказанию бывших кулаков…». Это единственный в своем роде подобный документ. Все остальные подобные документы, касающиеся деятельности органов правопорядка, каковым являлся НКВД, звучат примерно так: «Об операции по выявлению преступных элементов, пресечению преступной деятельности и ликвидации преступных организаций». Никогда ни до этого приказа, ни после него органы правопорядка не проводили операции по наказанию.
Но, ладно, черт с ним. Идем еще дальше. «Дальше в лес — толще партизаны». Преамбула:
«
Специально выделил фразу. Тупому ботанику из «Мемориала», который сочинял преамбулу, что следак, что опер — по барабану. Все равно — сатрап и садист из НКВД.
Любой же юрист знает, что материалами следствия устанавливается вина, мера, степень, глубина, как сказал один поэт, а не число антисоветских элементов и прочих преступников в населенных пунктах. Это устанавливается в ходе оперативно розыскных мероприятий, проводимых оперативными сотрудниками правоохранительных органов. Следователи не только не относятся к оперсоставу, но они и не имеют права проводить оперативно-розыскные мероприятия. Даже если в ходе следствия будут получены данные о скоплении в каком-то селе бывших кулаков-антисоветчиков, то эти данные для проверки следователь обязан передать оперативникам.
