Каждый принятый ребенок записывается в специальную книгу, а документы его запечатываются в отдельный конверт.
Затем дети группируются по местам назначения и в сопровождении специально подобранных работников отправляются группами по детским домам Наркомпросов, где и сдаются вместе с их документами заведывающему домом под личную его расписку.
31) Дети до 3-х летнего возраста сдаются лично заведывающим детскими домами или яслями Наркомздравов под их личную расписку. Вместе с ребенком сдается и его свидетельство о рождении.
32) Дети осужденных, размещенные в детских домах и яслях Наркомпросов и Наркомздравов республик, учитываются АХУ НКВД СССР.
Дети старше 15-ти летнего возраста и осужденные социально-опасные дети учитываются 8 отделом ГУГБ НКВД СССР.
33) Наблюдение за политическими настроениями детей осужденных, за их учебой и воспитательной жизнью возлагаю на Наркомов Внутренних Дел республик, начальников Управлений НКВД краев и областей.
34) О ходе операции доносить мне трехдневными сводками по телеграфу. О всех эксцессах и чрезвычайных происшествиях немедленно.
35) Операцию по репрессированию жен уже осужденных изменников родины закончить к 25/Х с/г.
36) Впредь всех жен изобличенных изменников родины, право-троцкистских шпионов, арестовывать одновременно с мужьями, руководствуясь порядком, устанавливаемым настоящим приказом.
НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СОЮЗА ССР ГЕНЕРАЛЬНЫЙ КОМИССАР ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ (ЕЖОВ)
27 июня, 2017 https://p-balaev.livejournal.com/2017/06/27/
Коротко продолжу за Ярослава Подкопаева, по этой статье http://1957-anti.livejournal.com/56920.html
Я прошу только никого не обижаться. Просто мне уже от этой ситуации давно хочется только смеяться. Уже сил и особенного желания что-то кому-то объяснять в дискуссиях не осталось. Перегорел.
И сейчас я, при всем моем уважении к оппоненту, при действительном уважении, не буду раскладывать аргументы и факты по полочкам. Тем более, что Ярослав Подкопаев это уже сделал.
Я приведу еще раз один единственный аргумент, и всё. Есть такая карта в покере, которая кроет любую карту. У меня есть такой аргумент, я его еще раз назову.
Но перед этим… Несколько лет назад я смотрел какую-то довольно глупую телепрограмму. Там такой сюжет был: одному мальчику мама с детства говорила, что его папа не разбившийся летчик-истребитель и не погибший в волнах океана моряк, а живой и здоровый всемирно известный артист. С этим артистом у мамы была взаимная любовь, в результате которой получился плод — этот мальчик. Любовь была такая неземная, что мама мальчика решила хранить их тайну, чтобы не разрушать семью артиста. Вот с чувством своего происхождения от всемирной знаменитости мальчик и прожил долгие годы, храня эту тайну и ею гордясь.
Наконец, мальчик, ставший уже мужем, узнаёт, что папа-артист отчалил от берега на лодке Харона, оставив наследникам квартиры в столице, дачи недалеко от столицы и даже набор серебряных ложек в буфете.
Покойному папе разрушение семьи уже не грозит, но встаёт вопрос о справедливом распределении семейной жилплощади и буфетного серебра, поэтому неизвестный до сей поры публике наследник заявил о своих правах.
Наследника пригласили в телевизор и при всех зрителях взяли из недр его ротовой полости образец слюны и слизистой для ДНК-теста. Вся семья артиста замерла в ожидании. Сам новоявленный наследник нетерпеливо ждал подтверждения своих прав.
Принесли результаты теста. Увы! Мама в молодости согрешила не с артистом! Похоже, что зачат был мальчик от дяди Юры, сотрудника профкома, с которым мама ездила в заводской дом отдыха. Но у дяди Юры всё наследство ушло уже давно вместе с ним в могилу в двух объемных мешках…
Вы думаете, что разоблаченный «сын» артиста поник головой, покорившись фактам и аргументам? Нет, конечно. Он устроил в телевизоре дебош. Орал, что слюну подменили, слизистую подложили, эксперта подкупили, а ДНК-тест — врет, его специально придумали дурить народ…
Вот то же самое у нас с социализмом и Советской властью в наших дискуссиях.
ДНК-тест читаем и никак ему поверить не можем.
Я понимаю, насколько сложно сразу ощутить, что то, что ты принимал за надежный фундамент, на самом деле — трясина. Теперь нужно тащить из нее себя за уши и искать надежную опору. Это сложно. Для многих проще утонуть в болоте, чем так напрягаться.
Без обид — это действительно очень сложно. Неимоверно сложно психологически. Поэтому даже самые доброжелательные критики не хотят видеть самых главных аргументов. Они боятся их увидеть.
