Третье. Заведение чатов в скайпе для общения членов движения считаю нашей грубой ошибкой. Мы с этими чатами сами себе устроили флудежный междусобойчик. Я смотрю, там по переписке — сотни сообщений каждые сутки. Получилось, что вместо того, чтобы эту деятельность вести в соц. сетях и самим себя раскручивать, мы замкнулись в собственном тесном кружке. Предлагаю на Оргбюро рассмотреть этот вопрос, оставить чаты только для решения вопросов, требующих сугубой конфиденциальности.
Четвертое. Нам нужно изменить порядок приема новых членов. Переработать Устав и выработать к новичкам ясные требования. Засорение рядов людьми, которые не имеют представления о нашей идеологии недопустимо.
И не нужно нервничать и паниковать. Нам не стоит рассчитывать в ближайшей перспективе на значительный рост рядов. Для этого нет никаких оснований. У нас нет в движении личностей, которые известны всей стране — это первый ограничитель. Известность нам может принести только публицистическая деятельность. Я пишу книги, которые расходятся довольно неплохо, но пока мой уровень популярности — очень незначителен. Мое предложение заняться коллективным написанием книги — сборника статей о троцкизме встретило у участников радостные вопли понимания. Но воплями дело и закончилось. Решайтесь уже, в конце концов.
И главный наш ограничитель — непривычность наших идей для постсоветского общества. Людям сразу обрубает мозги наше утверждение, что социализм и советская власть в СССР закончились уже в 1961 году полностью, после отказа КПСС от идей диктатуры пролетариата. Мы с вами сегодня наблюдаем результата того, как эта КПСС за 30 лет своей деятельности сумела внушить советским людям полностью извращенное понимание марксизма. Люди реально не понимают, что для социалистического государства первичным является не вопрос собственности, а вопрос власти.
Еще и Берию мы затронули. Вы сами наблюдали, какой была реакция на это некоторых личностей, насколько загажены людям головы баснями мухиных-прудниковых о «самом лучшем менеджере 20-го века». Люди даже не могут поверить в элементарный факт, что почти весь свой срок нахождения в качестве наркома НКВД Берия не имел никакого отношения к разведке. Начальник милиционеров, лесников и пожарных.
Поэтому давайте продолжать работать дальше без паники. Мы знаем, что делаем. На быстрый результат не рассчитываем. Но результат будет, если руки не опустим. Я их опускать, во всяком случае, не собираюсь.
И еще сегодня День Рождения у нашего товарища — Татьяны Бутаковой, которую все мы любим и уважаем, самые искренние и теплые пожелания ей от нас!
Петр Балаев.
4 марта, 2018 https://p-balaev.livejournal.com/2018/03/04/
И вообще, причем здесь мы и бойкот выборов Президента? Разве мы планировали выставлять своего кандидата на эти выборы? Или подпрягались за какого-нибудь «грудинина»? Но потом решили бойкотировать?
Лично я, например, ни к какому бойкоту никогда не призывал. Единственное, что я написал — мне эти выборы мало интересны. Так только — посмеяться над цирком.
Может мы призываем, по примеру Навального, народ не ходить на эти выборы? Тоже нет. Какой смысл в этих призывах? Те, кто считает, что какой-то кандидат представляет его интересы, пойдут голосовать несмотря на все призывы. У кого на Навального были надежды, те, разумеется, и так не пойдут голосовать, потому что Лёша в пролете.
Все эти призывы-непризывы, бойкоты-небойкоты — абсолютно бессмысленны. Люди выбирать или не выбирать ходят только потому, что им есть кого выбирать или им некого выбирать.
Да, наше Движение стоит на позиции, что выборы в рамках буржуазной политической системы при нынешних обстоятельствах абсолютно бессмысленное занятие для настоящей коммунистической партии.
У нас, конечно, не партия, но даже небольшое Движение — это политическая организация, поэтому выглядело бы абсолютно дико, если бы мы призывали голосовать или не голосовать за какого-то кандидата, который не имеет отношение к нашей организации. Они к нам не имеют никакого отношения, поэтому у нас позиция стороннего наблюдателя. Да, в политике такая позиция — это позиция страуса. Но мы говорим не о политике, а о конкретном политическом акте — выборах.
