На трассе «таможенный пост „Сосновая падь“» (пункт пропуска через российско-китайскую границу)–пос. Пограничный я, тогда начальник оперативно-розыскного отдела таможни, выставил пост. Нормальный пост — замаскированный в придорожных кустах УАЗик. Я взял с собой старшего опера отдела Пашу Шумкова, который до таможни работал опером в уголовном розыске, у нас в отделе за Пашей УАЗик и был закреплен.
Вдвоем с Пашей мы и ждали машину с «контрабасом». Если появлялось на горизонте, который мы просматривали из бинокля, что-то похожее на ожидаемую машину, я выходил на трассу с полосатой палочкой и проверял документы.
Когда я останавливал одну из фур, неожиданно из-за нее выскочила черная «Хонда-Одиссей» (в те годы в Приморье это была очень крутая машина), сопровождавшая эту фуру — шла вплотную и поэтому мы ее не заметили. Из «Хонды» выпрыгнул здоровый молодой кореец, подбежал ко мне и приставил мне ко лбу ствол ПМ, разумеется, всё это сопровождалось воплями «я тебя сейчас завалю» и «наши машины не трогать!».
Понятно, что так оперов не убивают, а мозги у оперов работают без торможения, поэтому ни я, ни любой другой опер на моем месте пугаться не стал бы.
Я указательным пальцем отвел ствол в сторону и начал хохотать. Дальше был примерно такой разговор:
— Толя (конечно, я знал и как этого корейца зовут и его фамилию и очень много еще чего о нем), а чего у тебя в пистолете такая маленькая дырочка в дуле?
Я достал из-за спины засунутый под ремень свой «Макарыч» и показал Толе Киму (настоящее имя и фамилия, у корейцев вы таких Анатолиев Кимов найдете десятки тысяч, но Толе Киму из Уссурийска — привет!):
— Вот смотри, в моем пистолете дырка в дуле больше, чем в твоем. Давай, ты выстрелишь из твоего в меня, а потом я из своего в тебя…
Это не про борьбу с корейской мафией. Это про то, что я корейцев, в том числе и корейцев, переехавших из Средней Азии на Дальний Восток, очень хорошо знал, вплоть до того, что и агентуру из их числа вербовал. Но! Никогда ни от одного корейца не слышал вообще ничего о том, что их Сталин репрессировал.
Может потому не слышал, что мужчины своей честью ради денег не торгуют. Мужчины если даже и зарабатывают деньги не совсем и даже совсем незаконными способами, но до уровня проституток не опускаются.
Кое-чему чеченско-ингушским-крымско-татарским мужчинам у корейских мужчин поучиться стоит.
Я не знаю, кто дал взятку депутатам ВС РСФСР, которые в 1993 году признали переселение Сталиным корейцев актом геноцида по отношению к корейскому населению СССР. Может им вообще даже денег не давали. Там была такая кодла, которая и без денег на коммунизм гадила, как больная холерой палата в инфекционной больнице.
Но большинство наших левых считают, что ГКЧП — это айс! Cool! И одновременно они каждый год 3 октября проклинают Ельцина за расстрел ВС РСФСР. А именно не Ельцин, а этот «депутатский корпус» ГКЧП и прикончил.
Завидую здоровой корейской психике. У них черное с белым в дерьмо непонятного цвета не смешиваются. Наверно, потому что среди корейцев много образованных людей…
12 сентября, 2018 https://p-balaev.livejournal.com/2018/09/12/
Кое-что из этого текста уже публиковалось. Кое-что новенькое:
…И очень замечательно, что началась история про «страдания» немцев и корейцев с запозданием относительно истории «репрессий» по отношению к еще одним «жертвам». Стараюсь, по мере возможности, меньше слов в кавычки брать, но никак не получается. Такие вот репрессии и жертвы у нас.
Впервые мир услышал о том, что переселение в СССР людей во время войны было следствием репрессивной политики Сталина из известного секретного доклада Н. С. Хрущева на 20-м съезде КПСС. Доклад был настолько секретным, что его текст почти моментально по всему миру и разлетелся, только вот сам советский народ, за исключением партийной номенклатуры, его прочел только во время Перестройки. От советского народа у той власти были такие секреты, с которыми эта власть, почти в открытую, ЦРУ знакомила. Вот слова из речи Хрущева:
