«Однако ни сам Хрущев, ни хотя бы один мемуарист не вспомнил в связи с этим арестом имени ни единого члена Президиума Совмина, который бы присутствовал на этом заседании. И после никто из членов Президиума Совмина в мемуарах о таком заседании тоже не написал» —
для обоснования своего утверждения, что Правительство не имело отношения к аресту. Не было членов Президиума Совмина на заседании Президиума ЦК КПСС! Я верно Мухина понял?
Брехло и манипулятор этот следователь-металлург! Наглое!
Члены Президиума ЦК КПСС Маленков, Молотов, Каганович, Микоян были еще и членами Правительства, Маленков вообще — Председатель Совмина, и членами Президиума Совмина!
Тухлое яйцо и гнилой помидор в лобешник Ю. И. Мухину!
Ну и третий основной сочинитель мифа о нашем «Прометее». Писатель С. Кремлев-Брезкун. Тот, который опубликовал дневники Лаврентия Павловича. Сначала сочинил их, а потом опубликовал. Я в этом уверен на 300%.
Кремлев из Берия сделал себе фетиш. Это уже психический сдвиг.
Вот в книге «Берия. Лучший менеджер 20-го века», Кремлев приводит текст письма арестованного министра:
«В ЦК КПСС
Товарищу Маленкову
Дорогой Георгий.
Я был уверен, что из той большой критики на президиуме я сделаю все необходимые для себя выводы и буду полезен в коллективе. Но ЦК решил иначе, считаю, что ЦК поступил правильно. Считаю необходимым сказать, что всегда был беспредельно предан партии Ленина-Сталина, — своей родине, был всегда активен в работе. Работая в Грузии, в Закавказье, в Москве МВД, Совете Министров СССР и вновь в МВД все, что мог отдавал работе, старался подбирать кадры по деловым качествам, принципиальных, преданных нашей партии товарищей. Это же относится к Специальному комитету, Первому и Второму главным управлениям занимающихся атомными делами и управляемыми снарядами. Такое же положение Секретариата и помощников по Совмину. Прошу товарищей Маленкова Георгия, Молотова Вячеслава, Ворошилова Клементия, Хрущева Никиту, Кагановича Лазаря, Булганина Николая, Микояна Анастаса и других пусть простят, если что и было за эти пятнадцать лет большой и напряженной совместной работы. Дорогие товарищи желаю всем Вам больших успехов за дело Ленина-Сталина, за единство и монолитность нашей партии, за расцвет нашей Славной Родины.
Георгий, прошу, если сочтете возможным семью (жена и старуха мать) и сына Серго, которого ты знаешь не оставить без внимания.
Лаврентий Берия.»
Что из текста следует? Да сдулся грозный Лаврентий! Виноват! Простите!
Точно такие же письма писали разные бухарины-ежовы, когда их за яйца прихватили.
Но для Кремлева Берия — БОГ! Поэтому, такой вывод:
«Тон этого письма, как видим, не слезливый и не просительный, причем Берия как бы даже прощается с коллегами. Его „прошу… пусть простят…“ — это не униженная просьба о прощении нашкодившего школяра, а нечто психологически напоминающее просьбу о прощении в Прощеное воскресенье: „Простите меня, люди русские, и я вам прощаю…“ Последние слова о семье лишний раз подтверждают, что так оно на душе у Лаврентия Павловича и было.»
