Есть еще один странный момент, связанный с командующими ВВС. То ли 26 июня, то ли 1 июля, сведения из разных источников расходятся, был арестован командующий ВВС Северо-Западного фронта (Прибалтийского особого округа) генерал-майор Ионов. Как будто бы ему в вину поставили и участие в антисоветском заговоре, и большие потери авиации фронта в первые дни войны. Но еще 31 мая арестовали командующего ВВС Московского военного округа генерал-лейтенанта Пумпура. У того какие потери были еще до войны и в тыловом округе? Арест Пумпура еще связывают с известным инцидентом, когда немецкий военно-транспортный «Юнкерс» 15 мая долетел от Кенигсберга до Москвы и приземлился у стадиона «Динамо». Только ВВС не ПВО, причем здесь Пумпур? Хотя, и командующего войсками ПВО Штерна тоже взяли.
8 июня 1941 года взяли и Смушкевича, помощника начальника Генштаба по авиации. Дважды Героя Советского Союза! Понятно, что такого прославленного человека без веских оснований арестовывать не стали бы. А 24 июня, на второй день войны — Павла Рычагова, уже снятого с должности заместителя наркома Обороны по авиации. Арест Рычагова связывают с инцидентом, произошедшим 9 апреля 1941 года на Совещание Политбюро ЦК ВКП(б), СНК СССР и руководящего состава наркомата обороны. По воспоминания адмирала Исакова, на том совещании Рычагов в ответ на обвинение в высокой аварийности заявил Сталину: «Вы заставляете нас летать на гробах». Сталин, конечно, рассердился.
Проблема лишь в том, что у Исакова нет таких воспоминаний. Эту историю, якобы, со слов Исакова рассказал писатель К. Симонов. И если 9 апреля 1941 года было это Совещание Политбюро ЦК ВКП(б), СНК СССР и руководящего состава наркомата обороны, на котором присутствовал адмирал Исаков, то зачем в тот же день, 9 апреля, в кабинет Сталина в 20 часов вечера вместе с Ворошиловым пришли Тимошенко, Жуков, Жигарев и Рычагов. А с 17.35 в кабинете сидели еще и Жданов, Маленков и Молотов. Недосовещались за один раз? Или решили собраться дополнительно и за «гробы» кулуарно на Рычагова наехать? Только адмирала Исакова второй раз забыли позвать, он не записан в Журнале посещений кабинета Сталина.
Нет сомнений, что вся эта история про «гробы» всего лишь одна из многих выдумок про Сталина, сочиненная К. Симоновым. Это всё сочинялось в рамках решений 20-го съезда и Павел Рычагов стал без вины пострадавшим за правду о «летающих гробах». Точнее, за то, что разозлил Сталина, а Берия этим воспользовался. Или подсуетился. Потому что никакой пользы лично для Берии от того, что верхушка ВВС встала к стенке не просматривается. Да еще накануне войны и даже в условиях начавшейся войны. Здесь нужны были материалы железобетонной убедительности.
Что на самом деле было с этими авиаторами, мы уже точно никогда не узнаем, учитывая методы, которыми проводилась их реабилитация. Конечно, их били следователи и они признались в том, им следователи диктовали. Никак иначе. В НКВД так принято было, как только арестовывается какой-нибудь генерал, так его сразу бить начинают. Капитанов еще не бьют, как Солженицына, например, майоров только пугают, подполковникам уши дерут, полковников уже пощёчинами, генерал-майоров кулаками, генерал-лейтенантов — сапогами… Чем выше звание, тем квалифицированней следователь. Маршалов отдавали в руки совсем страшных сатрапов.
Скорей всего, занимаясь расследованием аварийности в ВВС следствие вышло на следы уже ликвидированного заговора военных по делу Тухачевского и компании. За это говорит и то, что процессами 37–38-го годов авиаторы не были задеты. Такого не могло быть, чтобы заговорщики мимо летчиков прошли, никого из них не завербовали бы. Разумеется, к началу войны никакой заговорщицкой или сознательной вредительской деятельности командиры ВВС уже не вели, они же не могли рассчитывать захватить власть силами летного состава. И на немцев они не работали, иначе как объяснить, что немецкое командование совершенно не было в курсе о новых самолетах у нас. ЯКи для люфтваффе стали неприятным сюрпризом. Да и к немцам никто из них не перебежал уже когда война началась. Очевидно, связи с немецкой разведкой были только у верхушки заговорщиков, ликвидированных в 38-м году.
Но если эти «соколы» не попали под замес в 37–38-м годах, проскочили, то их нужно было прощать, что ли?
Зато репрессии авиаторов было удобно использовать, как попытку Сталина возложить собственную вину в неготовности к войне на других. И за разгром ВВС тоже. Только был ли на самом деле этот разгром?
Из того же Отчета по ВВС Западного фронта:
«
