Я и оглянуться не успела, как мы оказались на кровати. Безумие вернулось, стоило дать слабину и поддаться соблазну, в результате которого теперь сама льнула к желанному телу, зарывалась пальцами в густые волосы и с жадностью вдыхала такой приятный и когда-то до одури любимый запах туалетной воды.
КОГДА-ТО! Опять попалась. Боже, Алина, ну сколько можно? Паша прав! Очнись! Где твоя гордость?
— Макс, остановись, — попросила.
Хотя, скорее, простонала, отчего желаемого эффекта мои слова вполне ожидаемо не возымели.
— Климов, хватит. Прекрати, — попробовала произнести уже тверже.
И снова просьба осталась без внимания. Не мудрено. Особенно когда собственное тело давно предало, со всей страстью отвечая на ласки и поцелуи, которые мне с такой щедростью продолжал дарить бывший.
— Ну все! Пошутил — и будет, — воскликнула, прежде чем, собрав воедино остатки здравого смысла и еще имеющиеся силы, оттолкнуть от себя нахала. — Забыл, на кого меня променял?
Это знание значительно придало уверенности в собственных действиях. Как и воспоминание о поцелуе, недавно случившемся в коридоре. Его вкус Макс только что наглым образом стер с моих губ. А я так надеялась заснуть сегодня с мыслями о нем и с такой нежностью подарившем его мужчине.
— Тролька, — со вздохом позвал Климов, растянувшись прямо там, куда я его с себя и скинула — рядом со мной на кровати. — Вот скажи мне, с чего ты вообще это взяла?
— Только не надо врать, будто вы с Сашей просто друзья. Я видела вас тогда в клубе. И то, как ты на него до сих пор смотришь, касаешься…
— Это другое.
— Поясни, — приподнявшись на локтях и глянув на собеседника сверху вниз, потребовала я, не преминув заметить, как привлекательно он сейчас выглядел.
Расстегнутая (не без моего участия) почти до середины черная рубашка, чуть растрепанные (тоже моими стараниями) волосы и расслабленная поза с забранными под голову руками. Ох, Климов. Хорош, мерзавец! И за время, проведенное в Москве, сделался только еще притягательнее.
— Это будет не просто. Да и сильно сомневаюсь, что ты меня вообще поймешь.
— Ты уж постарайся, — продолжила настаивать на своем.
— Ладно, — отозвался Максим, одновременно приняв сидячее положение и отодвинувшись от меня на край кровати. — Я попробую.
Облокотившись на колени, парень потер лицо ладонями, взъерошил волосы, а потом снова задумчиво оглянулся через плечо.
Кажется, Климов не знал, с чего начать. Он словно искал подсказку. Или поддержку. И нашел ее. Неожиданно коснувшись теплой ладонью моей лодыжки, сразу принялся мягко, ненавязчиво массировать ее. Посидев так молча еще примерно с минуту, Макс наконец принялся за рассказ.
— Моя первая встреча с Сашей произошла задолго до знакомства с тобой. Уже тогда я что-то к нему почувствовал. И это до чертиков напугало меня своей неправильностью. Все никак не мог взять в толк, что именно могло привлечь такого, как я, в таком, как он. Странное ощущение. Словно повстречал человека, которого знал всю жизнь. Ту часть себя, что неосознанно искал во всем, что делал. «Ерунда какая-то», — подумал я и попытался выкинуть это из головы. Тогда мы еще не были знакомы. Просто оказались приглашены на одну вечеринку. И хоть заметили друг друга, знакомиться ближе не стали. Через какое-то время я обо всем забыл. А еще чуть позже повстречал тебя.
При этом воспоминании Максим улыбнулся. Тепло, даже ласково, в то время как ставшие более интенсивными массирующие движения перекинулись на ступню.
