Это - юмористический рассказ, цель которого - продемонстрировать, что историческая достоверность не всегда идёт на пользу художественному произведению. И если автор не придерживается этой самой достоверности, сие отнюдь не означает, что он ничего не знает об истории. Вполне вероятно, что он делает совершенно осознанный выбор.
[Блоха,
или рассказ о вреде исторической достоверности]
Бал, состоявшийся во дворце маркиза Лериньи в последний день октября, был великолепен. Кажется, весь высший свет страны собрался в одном зале. Дамы и кавалеры старались перещеголять друг друга красотой, изысканностью и оригинальностью сшитых для торжества нарядов. Женские платья щедро украшены всевозможными пуговицами и пряжками, кружевами и бантами. Костюмы мужчин привлекают внимание яркой вышивкой, нарядными жабо, кружевными манжетами.
Чудесная музыка, множество свечей в огромных люстрах, прекрасные вина, подающиеся идеально вышколенными лакеями. Уже закончился полонез, продолжительный танец-шествие, открывший бал. Сейчас музыканты играли менуэт.
Я неспешно приблизилась к одному из многочисленных зеркал и бросила якобы небрежный взгляд на свою причёску, вдвое превышающую высоту головы, щедро посыпанную розовой пудрой и увенчанную шляпой, которая изображала корзину с фруктами.
- Мадмуазель Дюлон!
Я улыбнулась направлявшемуся ко мне мужчине. Граф Тюре был кавалером галантным, довольно молодым, холостым - словом, привлекательным во всех отношениях. Хорошо наложенная косметика придавала его чертам изящность и нежность. Пудра делала кожу в должной степени бледной, румяна же не позволяли лицу приобрести болезненный вид. Атласный сюртук красного цвета с позолотой, доходящие до колен брюки, полосатые чулки плотно облегают ноги. Просто конфетка, а не мужчина. Мой взгляд ненадолго задержался на гульфике, украшенном драгоценными камнями. Выглядит внушительно. Знать бы только, как обстоит дело под тканью... Однако если верить слухам, то хорошо, и даже очень.
- Счастлив вас видеть, мадмуазель! - Граф галантно поцеловал мне руку.
От его костюма исходил аромат душистой воды, очень неплохо перебивавший запах пота.
- Как вы находите сегодняшний бал, граф? - поинтересовалась я, кокетливо стреляя в него глазками.
- О, просто чудесно! Это намного лучше, - Тюре интимно понизил голос, - чем недавнее празднество у баронессы Брусто.
- Ну ещё бы! - воскликнула я, после чего тоже заговорила тише. - Ведь у неё подмочена репутация. Далеко не все представители знати готовы посещать её дом.
Голова сильно зудела, и я грациозным движением почесала её при помощи специальной спицы. Это спугнуло пригревшееся на месте насекомое, и оно перебежало чуть выше. Я попыталась "догнать" его при помощи спицы, но мне это не удалось.
- Видите ли, трое мужчин хвастались, будто носят в своих блохоловках насекомое, пойманное на её теле, - доверительно сообщила я то, что и так было известно всему свету. - Это, конечно, очень романтично и было бы даже сносно с точки зрения морали, не будь баронесса замужем! Либо у мадам Брусто слишком много любовников, либо у неё слишком много блох, - со смешком заключила я.
Реакция Тюре на упоминание данного факта была мне чрезвычайно интересна. Ходили слухи, будто у этого человека хранится целая коллекция блохоловок, в каждой из которых томится блоха, пойманная на даме. Причём "хозяйки" блох никогда не повторялись.
Мы ненадолго притихли, наблюдая за грациозно ступающей мимо мадам Литфон, высокую причёску которой венчала клетка с живой птицей.
- Какая прелесть! - воскликнула я.
Граф согласно закивал, одновременно отмахиваясь от полетевшего прямо ему в нос пёрышка. Впрочем, это было не так уж страшно. Птичка так волновалась, видя кругом огромное множество людей и не чувствуя под собой достаточно надёжной опоры, что из её клетки с завидной регулярностью выпадали отнюдь не только перья.
Я кокетливо улыбнулась и склонила голову набок.
- Видите ли, граф, у меня к вам есть одна просьба, немного щекотливого характера, - негромко произнесла я. - Полагаю, вы как галантный кавалер согласитесь оказать помощь даме?
- С радостью! - заверил меня Тюре, подходя поближе.
Но и не слишком близко: ширина моих юбок такого не позволяла.
Мой веер раскрылся. Это означало одобрение.
- Дело в том, - я кокетливо опустила глазки, - что меня ужасно беспокоит одна блоха. Прыгает по моему телу и совсем не даёт покоя. Вот я и подумала: быть может, вы согласитесь помочь мне её поймать?
Глаза графа понимающе загорелись.
- Ну конечно же! - воскликнул он. - С радостью! Вы только подождите меня одну минуту.
Я благосклонно улыбнулась. Тюре отошёл за занавесочку. Вскоре оттуда послышался звук бьющей в пол струи.
- Я весь в вашем распоряжении, - заверил граф, возвращаясь ко мне и на ходу поправляя брюки. - Полагаю, ловлей блохи будет лучше заняться не здесь.
- Нет, конечно, - улыбнулась я.
Сложила веер и похлопала им себя по ноге, сообщая: "Я готова идти за вами".
Тюре отлично понял мой знак. Мы покинули зал.
Найти свободную комнату не составило труда. Лакей соображал достаточно хорошо, чтобы моментально удалиться, закрыв за собой двери.
- Мадмуазель Дюлон, вы себе даже не представляете, насколько правильно поступили, обратившись с этой деликатной миссией именно ко мне, - пылко произнёс Тюре, подводя меня к кушетке.
Я улыбнулась и опустила глаза долу, садясь пока на самый краешек.
