К нотариусу мы прибываем большим кагалом, еле-еле поместившись в моей таратайке. Мне даже приходится уступить водительское место Луке, а самому сесть сзади и взять Блонди на руки. Так и едем под разговоры и смех.
Вваливаемся в тихую пустынную контору, больше похожую на похоронную, и сразу проходим к нотариусу.
– Так-так-так, – стучит он пальцами по столу. – Беровы, Белкины… А где Соколовы?
– Фамилией не вышли, – подшучивает мрачно Лука и торопит мужика. – Давайте приступим. Времени в обрез.
– Да я этого часа несколько лет ждал. Думал, не придет никто, – ворчит он, открывая сейф. Достает оттуда шкатулку, украшенную резьбой, и просит.
– Ваши перстни, господа и дамы.
Милена достает из сумочки мой и Фалькона, а ее мамаша долго роется в шопере и выуживает на свет божий еще один.
– Вадиму так и не удалось его найти, – шепчет Блонди, прижимаясь ко мне.
– На всякого хитрого Фалькона всегда находился предприимчивый Белкин, – отрезает насмешливо ее мать и поясняет нам, как недоумкам. – Андрей оставил мне четкие инструкции. Он хотел нашей девочке счастья, – всхлипывает она.
– Готовы? – срывающимся голосом спрашивает нотариус. – Подойдите ближе, господа.
Вместе с Миленой подхожу к столу. И только теперь замечаю пазы в узорчатой крышке.
– Требуется одновременно повернуть два ключа. Пожалуйста, вставляйте перстни!
Милена смотрит на меня отрешенно. И я ее понимаю. Это как ящик Пандоры вскрыть. Что там лежит в шкатулке, одному богу известно! А у нас все только успокоилось и к свадьбе движется. Боюсь я. Очень боюсь. Хоть уводи отсюда Блонди и вези ее на край света, где нет дурацкого наследства и приветов из чужого прошлого.
– Захар, – легонько толкает меня в спину Алиса. – Открывай вместе с невестой. Помоги девочке.
Как во сне, вставляю оба перстня в пазы. И впиваюсь взглядом в Блонди.
– Что бы там не оказалось, малыш, мы вместе, – шепчу ей еле слышно. – Я люблю тебя…
– Я тебя тоже, – улыбается мне она. Вижу, как борется со страхом. Пытается скрыть дрожь.
– Давай, на счет три, – киваю ей на торчащие из крышки кольца. И сейчас они больше напоминают именно ключи, чем украшения. И как я только сразу не догадался!
В полной тишине мы с Блонди открываем мудреный замок. Внутри что-то скрежещет и, наконец, прощелкивает. Крышка откидывается в сторону. А я на автомате заглядываю внутрь.
А там какой-то конверт и два обручальных кольца.
– С драгоценностями вы разберетесь сами, – кивает на них нотариус. – Вам как раз к свадьбе пригодятся. А вот конверт, пожалуйста, передайте мне. Таково условие моих доверителей.
Трясущимися руками достаю кольца и конверт. Бумаги отдаю, не успев заглянуть. А сам рассматриваю кольца. Красивые. С бриллиантами и гравировкой. Таких уже не делают.
– Там что-то внутри написано, – заглядывает под ободок Блонди.
Напрягаю зрение и читаю вслух.
– С любовью!
Женщины как по команде всхлипывают. Да и у меня у самого глаза на мокром месте. Кошусь на Луку. А мой суровый бро что-то разглядывает на потолке.
– Как он мог точно знать? – выдыхает изумленно Блонди.
– Они, – мягко поправляет ее Алиса. – Они не знали, а просто надеялись.
А Катерина кивает, утирая глаза.
– Хмм… – откашливается нотариус, доставая из конверта какие-то бумаги. Внимательно читает, разглядывает печать и подписи. – Официальный документ, межу прочим! – трусит перед нами листами и зачитывает торжественно.
– Протокол простого товарищества. Председатель… секретарь… слушали…
Внимательно вслушиваюсь в каждое слово и не верю своим ушам. Двадцать лет назад наши отцы все знали и за нас решали наши судьбы?
– … постановили, – вторгается в мои мысли голос нотариуса. – Если в результате нашей аферы кто-то из сыновей Берова или Соколова полюбит Милену Белкину и женится на ней по взаимной любви и согласию, достаточно будет получить документы на право собственности на озеро двумя ключами.
Голос нотариуса еще дребезжит под сводами кабинета, как мой брат, откашлявшись, срывается.
– Так я не понял, а озеро чье?
– Минутку, – останавливает его нотариус и придвигает к нам другой документ. – Вот дарственная, подписанная всеми тремя участниками. Право собственности на озеро переходит детям, родившимся в браке Милены Белкиной и ее избранника. Осталось только внести имена, господа! Через девять месяцев приходите.
– А можно мы через восемь придем? – выпаливает моя Блонди и под аплодисменты и улюлюканье нашей ненормальной семейки, заливается густым румянцем.
Год спустя
– Нам завтра к нотариусу, – напоминает жена, укачивая Мишку. Наш маленький сын чмокает губами, засыпая.
Растянувшись на постели, любуюсь женой и сыном. Пацан у нас родился толстым, щекастым и горластым.
– В нашего батю, – увидев впервые крестника, сказал Лука. И, кажется, совсем недавно переварил ситуацию с озером и согласился с решением родителей.
А тогда у нотариуса чуть из штанов не выпрыгнул.
– Тебе тоже отец сюрприз приготовил. Не расслабляй булки, – цыкнула на него Алиса. А Катерина, вздохнув, пояснила.
