– Девушка, вы дура? – вежливо осведомился он. – Или обкурились? В кого я стрелял? Из чего и зачем?
– Вы находились в доме 15-а на Первомайской, из окон которого и стреляли по окнам квартиры Алисы, – растерянно объяснила я.
– А зачем мне это надо? Слушайте, не вешайте на меня чужие грехи, – попросил Александр, сочувственно разглядывая мое заалевшее лицо. – Если хотите, можете проверить – я был у своего школьного учителя, Парамона Викторовича Гущина, он живет в двадцать пятой квартире названного вами дома.
– Обязательно проверю, – еще больше стушевалась я.
– Да вы не расстраивайтесь, – совсем уж неожиданно произнес Александр и, протянув руку, погладил меня по плечу. – В любой работе бывают сбои.
Я выскочила из его комнатки еще быстрее, нежели влетела в нее, если такое возможно.
Гущин подтвердил слова Александра. К тому же и квартира Парамона Викторовича располагалась на втором этаже, а оттуда прострелить окно Алисы было совершенно нереально.
И снова следствие зашло в тупик. Хотя не совсем. У меня же есть еще Герман, хотя где здесь связь с Алисой? И есть Роман, а здесь вообще никакой связи не существует.
Я решила не возвращаться в офис: у Алисы есть телефон, и я смогу им воспользоваться. И девушке легче будет – не одна все же. Да еще пережила сегодня очередной шок.
Поднявшись к Алисе, я снова попыталась созвониться с Германом. И наконец есть, соединили!
– Слушаю вас, – пощекотал мое ухо донесшийся из трубки приятный мужской голос.
– Могу я поговорить с Германом Порожковичем? – поинтересовалась я.
– Я вас внимательно слушаю, а кто говорит? – в голосе явственно проскользнуло удивление.
– Вы Герман? – изумилась я, и тут же поняла, что могу бросать трубку, потому что Герман ни в чем не виноват: он не смог бы так быстро вернуться из Тарасова в родной город. Самолеты туда не летают, а на поезде, автобусе или машине поездка займет достаточно большое количество времени. Положив трубку, я предложила Алисе:
– Давайте я заплачу вам за межгород?
– Не стоит, Саша, – грустно улыбнулась она. – Знаете, я сейчас долго думала, пока вас не было, и, кажется, нашла единственно возможную причину всех этих нападок – салон. В моей жизни никаких изменений не происходило, только вот после того как меня выпустили из тюрьмы, меня поставили на место ведущего стилиста.
Салон… И дело Ларикова тоже связано с парикмахерской «Теплый бриз». Везде салон, и только письмо, отправленное Валерии, не вписывается в эту картинку. Нападки на салон, убийство Ильи, попытки напугать Алису – все это события из одного корня. Только из какого? Догадка брезжила в голове, но ее словно каждый раз будто подсекали или срезали парикмахерскими ножницами, поэтому мысль не могла оформиться.
Устав размышлять и ловить догадку за юркий хвостик, я дозвонилась до Ванцова, который назвал мне имя владельца машины. Предполагаемого убийцу с места преступления подвозил некий Захаров Вадим Петрович.
Я оставила Алису в одиночестве и направилась по адресу, данному Ванцовым.
Захаров обитал в районе стареньких домов у Колхозного рынка. Я без труда обнаружила сравнительно крепкий еще частный дом, украшенный цифрой «пятнадцать», и позвонила.
Вадим Петрович оказался молодым мужчиной приятной наружности, с тонкими манерными усиками и светлыми до прозрачности глазами. При виде меня он начал выразительно подкручивать ус, улыбаясь уголками рта.
– Вадим Петрович, могу я задать вам несколько вопросов?
– Вы из милиции? – полюбопытствовал он недоверчиво. Я кивнула и взмахнула корочками. – Тогда задавайте.
– В понедельник, минут пятнадцать двенадцатого ночи, вы подвозили с Центральной мужчину.
– Да, подвозил, – не стал спорить со мной Захаров. – Довез до Ульянова и высадил.
Ульянова… что-то знакомое. Ну точно, я же там была! Дом Владимира Квасюка находится именно там.
Все ниточки в моем сознании начали сплетаться в один клубок, мне недоставало одного:
– Как выглядел ваш пассажир?
– Высокий, худощавый, с бородкой, – ответил Захаров.
– А шрама на его лице вы не заметили?
– Нет.
Я распрощалась с Вадимом Петровичем и побрела к остановке, ликуя. Вот теперь все узоры мозаики встали на свои места. С ума сойти, как я раньше не догадалась!
