Графиня Virginie Albertine de Guettee и ее подружки добрались до острова с сокровищами пиратов.
Старый узник Dionisius похищает Virginie и сокровища.
Он пробыл в тюрьме пятьдесят лет с семнадцати лет и хочет отомстить.
Король убивает девственниц, купается в их крови, отчего омолаживается.
Он хотел вылить кровь из блондинки, но погиб.
Блондинка становится Королевой и изгоняет из города мужчин, мужчины живут за городской стеной, но прислуживают девушкам в городе.
Все девушки ходят в городе обнаженные, но в туфлях на высоких каблуках.
КНИГА
- Когда ты подпрыгиваешь и принимаешь мяч, Mia, у тебя груди не трясутся, - доносится звонкий смех.
- Потому что у меня грудки крепкие!
У тебя, Poppy, тоже не трясутся грудки во время игры в мяч, - Mia заливисто смеется в ответ.
Блондинка графиня Virginie Albertine de Guettee вскочила с королевского ложа.
"Желание присоединиться к подружкам непреодолимое, - блондинка внимательно рассматривала себя в серебряное зеркало: не произошли ли с телом за ночь какие-либо изменения. - Но я сегодня Королева, а играют ли королевы в мяч? - Блондинка провела ладонью по ягодицам, осмотрела грудки, вертелась перед зеркалом, как комарик. - Все у меня в порядке, прыщик не вскочил. - Блондинка вздохнула и потянулась. - Подружки играют в мяч, а я не имею право, потому что королева?
Нет, я не королева, я выше Королев!
Я - Центр Мира, Центр Вселенной!
Отвлечься мячом от королевских дел нужно обязательно, тем более что никаких королевских дел я не собираюсь совершать.
Нужно радоваться и веселиться, а не издавать указы!" - блондинка выбежала из комнаты.
До обеда подружи играли в мяч, пока не изнемогли.
- На обед у нас виноград и устрицы, - бывшая рабыня Laura по привычке поклонилась блондинке.
"Никогда не смей кланяться мне! - блондинка не вознегодовала, потому что эмоции редко появляются у блондинок. - Ты не рабыня.
Не бывает девушек рабынь, это все мужчины придумали.
Ты равная среди равных".
- А ты, наша обожаемая Virginie, первая среди равных из равных, - Mia приложила пальчик к носику, надавила, чтобы рассмешить всех.
Все и засмеялись.
"Laura, склони мне голову на плечо, обними меня за талию, - блондинка писала на доске мелом, потому что без языка так и не смогла разговаривать.
Отрезанный язык - не помеха для общения".
Laura послушно прижалась голым телом к обнаженной блондинке Королеве, обняла ее за талию, при этом ладони соскальзывали на ягодицы блондинки.
"Теперь я обниму тебя и склоню свою головку на твое плечо.
Ты увидишь, что мы одинаковые!" - блондинка повторила прижимания, и в свою очередь опустила головку на плечо Laura.
Бывшая рабыня Laura счастливо зарыдала.
Она вытирала рукой слезы, смеялась и плакала, плакала и смеялась.
После обеда блондинка пожелала остаться одна, чтобы подумать.
"Думаю я редко, стараюсь не забивать голову мыслями.
Пусть за нас думают рыцари, которые обязаны решать за девушек все проблемы. - Блондинка написала на дощечке. - Мои думы - даже не думы, а не знаю что.
Но пять минут я побуду в уединении". - Блондинка вернулась в свои королевские покои.
Она трогала гобелены, прикасалась к разным частям мраморных статуй, но королевские мысли не приходили в очаровательную головку блондинки.
"Ах, я же хотела спасти своих подружек из лап коварных пиратов, - графиня Virginie Albertine de Guettee вспомнила.
От волнения ее кожа покрылась пупырышками. - Мои подружки страдают в рабстве, их кормят рыбой и молоком, а я кушаю виноград и устрицы.
Не по-человечески это!
Так с людьми не поступают. - Блондинка решительно двинулась к богато инкрустированному золотом и драгоценными камнями бесконечно длинному шкафу. - Я быстренько освобожу подружек, а к ужину вместе с ними вернусь сюда, во дворец.
Беда в том, что за пределами моего королевства нельзя ходить обнаженной по улице.
Конечно, можно, но это привлечет внимание и надолго меня задержит.
Не желаю, но придется что-нибудь одеть. - Блондинка перебирала королевские горностаевые мантии, шикарные платья принцесс и королев. - Все тяжелое, неудобное.
Раньше я эти платья считала роскошью, шикарными, а теперь смотрю на них с точки зрения удобства.
Под горностаевым мехом и бархатом тело вспотеет, и появится нехороший прыщик". - Блондинка беспомощно присела на груду платьев.
- Новости, которые приходят в твой дворец, более чем странные, - сзади неслышно подошла Poppy.
Она опустила ладони на плечи блондинки и делала своей королеве легкий массаж. - Нет, так, вообщем, все прекрасно.
Мужчины даже обрадовались, что ты изгнала их из города.
Мужчин устраивает жизнь за городской стеной: они теперь могут свободно ходить на охоту, безбоязненно пьют вино, не опасаются, что женщины их осудят за беспробудную пьянку.
И приходить к нам, прислуживать нам, приносить добычу - мужчинам тоже нравится.
Дело не в них. - Ладони Poppy опускались.
Poppy приобняла блондинку и разминала ей тонкие мраморные ягодицы. - Но другим королевствам не понравилось, что ты заняла место короля.
Других королей устраивало, что прежний тиран купался в крови своих жертв девственниц.
Нас же, мнение иных королей не интересует...
