Мейсон и Делла поднялись по ступеням и позвонили. За закрытыми дверями послышались шаги. Мейсон прислушался внимательнее. Один шаг тяжелее, другой легче, тяжелее, легче... Делла сжала ему руку:
- Боже, кто-то хромает, шеф!
Дверь открылась и на пороге появилась полная женщина с черными волосами. Ее быстрые, решительные глаза, окруженные сеткой мелких морщинок, придающих ей добродушный вид, улыбнулись.
- Миссис Руффин? - спросил Мейсон.
- Нет, ее нет дома.
На лице Мейсона отразилось разочарование.
- Жаль. У меня к ней важное дело. О недвижимости, которую она получила в наследство.
- В наследство? - спросила заинтригованная женщина.
Мейсон кивнул головой.
- Да, кто-то из семьи... Но, может быть, я лучше сообщу это непосредственно миссис Руффин?
- Я ее родная сестра, Джессика Кэннард. Если она получила наследство, то, возможно, и я...
- Ах, миссис Кэннард, - обрадовался Мейсон и, достав из кармана блокнот, принялся листать страницы. - А у меня здесь записано, что вы живете на Лоблэнд Авеню.
- Прошу, прошу пройти, - спохватилась женщина. - Я у сестры всего пару дней. Она была в последнее время не слишком здорова... Конечно, не так, чтобы она совсем не могла выходить из дома... просто нервы. Поэтому я подумала, что помогу ей какое-то время по хозяйству.
- Понимаю, - сказал Мейсон, позволяя провести себя вместе с Деллой в удобную, не без претензий обставленную гостиную.
- Прошу сесть и рассказать все по порядку, - медовым голосом обратилась хозяйка. - Наверное, это дядя Дуглас оставил нам наследство. Мы давно подозревали, что у него что-то есть.
Мейсон подарил ей ослепительную улыбку.
- Прошу меня извинить, мэм. Чтобы выполнить обязательные правила, я должен сначала задать вам несколько вопросов прежде, чем смогу удовлетворить ваше любопытство. Это не означает, конечно, что у меня есть какие-либо сомнения относительно вашей личности, но вы понимаете, в таких случаях обязательна процедура, которой мы должны строго придерживаться.
Сияющая женщина сложила на коленях руки.
- Понимаю, понимаю. Спрашивайте смело, молодой человек.
- Вы ведь вдова, верно? - начал Мейсон.
- Да. Мой муж умер в тысяча девятьсот тридцать четвертом году.
- Вы не вышли замуж вторично?
- Нет.
- А ваша сестра?
- Сестра в разводе.
- Это хуже, - скривился Мейсон.
- Почему?
- Потому что бракоразводный процесс редко бывает доведен до конца. Вы понимаете, имущественные вопросы не отрегулированы достаточно точно, а это дает адвокатам возможность утверждать, что имущество супругов не было разделено и на этой основе они выдвигают претензии.
- Разве недвижимость, полученная по наследству, не будет представлять исключительной собственности моей сестры? Ее бывший муж в этом случае, наверное, не имеет ни малейших прав на наследство?
- Как правило, так и бывает, - признал Мейсон, - но у нас инстинктивная боязнь разводов. Хотя, конечно, в обычном случае дело проще, когда наследует жена, а развод произошел по вине мужа. Это было ведь так, не правда ли? В противном случае часто бывает множество осложнений. Возвращаясь к вам, у вас нет детей?
- Нет.
- А у вашей сестры?
- У нее есть сын.
- Совершеннолетний или нет?
- О да, совершеннолетний. Сестра старше меня. Ральфу, ее сыну, уже за тридцать, он женат и у него ребенок.
- У вашей сестры есть какое-нибудь занятие?
- В настоящее время нет. Но она работала на кондитерской фабрике, уволилась несколько месяцев назад.
- А вы?
Она усмехнулась.
- О, я работающая женщина.
- Можно спросить, чем вы занимаетесь?
- В последнее время я содержала частный детский садик. Вы знаете, сколько матерей теперь работает и им не с кем оставить детей, потому что найти подходящую служанку, дело почти невозможное, да и недешево. Оказалось, держать садик - отличный бизнес.
- Давно вы начали содержать садик?
- Несколько месяцев назад.
- Интересно. А как вы нашли клиентуру?
- Я просто дала объявление в газету, - со смехом ответила она. - Вы никогда не поверили бы, сколько женщин привели ко мне своих детей. Конечно, поначалу они пытались обо мне что-то узнать, приходили предварительно поговорить. Но в итоге, в клиентах у меня недостатка не было.
- Очень интересно, - сказал Мейсон. - А среди этих клиенток была некая Милдред Дэнвил, которую убили несколько дней назад?
На лице миссис Кэннард была вежливая, добродушная улыбка женщины, которая хочет произвести выгодное впечатление и готова предоставить всю информацию о себе. Когда же этот вопрос упал на нее, как удар грома средь безоблачного неба, она попыталась сохранить неизменным выражение лица, но результатом оказалась лишь жалкая гримаса.
- Она привела к вам мальчика по имени Роберт Бартслер, - продолжал Мейсон, - а поскольку история, которую она вам рассказала, показалась подозрительной, то это не давало вам покоя. Вы заглянули в телефонный справочник, чтобы посмотреть, есть ли там кто-нибудь под фамилией Бартслер. Вы нашли Язона Бартслера и позвонили. А теперь вы можете рассказать нам, что произошло дальше.
Миссис Кэннард заморгала веками, облизала губы, но не произнесла ни слова. Мейсон продолжал вежливо улыбаться.
