Бросив взгляд в зеркало, увидела, как сверкают у меня глаза. Так, наверное, смотрит на султана отвергнутая жена. Вчера её обошла юная соперница, и её не позвали в покои господина, но она готова доказать, что ещё на многое способна, и своим взглядом она сулит владыке неземное блаженство.
— Только, пожалуйста, соблюдайте конспирацию, — сменив тон, деловито попросила я. Так, словно уже получила от капризного парижанина согласие. — Я не свободна, вы, наверное, тоже. Не будем афишировать нашу встречу. Это будет не трудно. Отель огромный, тут бесконечные пустые коридоры и тысяча дверей. Никто и не узнает, что вы идёте именно ко мне.
— Вы окончательно меня заинтриговали, — признался Борис.
— Мой номер находится на двадцатом этаже. Я вас жду.
— Хорошо. Сейчас приеду.
Наконец-то!
Что за мужик! Позор французской нации. Стал бы настоящий француз упираться, услышав недвусмысленный призыв сексапильной блондинки? Да он рванул бы в отель с космической скоростью, расстёгивая на ходу штаны!
Нет, я несправедлива к Борису. У него есть веская причина быть осмотрительным и избегать встречи со мной… Я окинула взглядом комнату. Всё готово к приёму долгожданного гостя.
Даже не верится, что сейчас мы с ним увидимся.
Небо за окном из тёмно-синего превратилось в чёрное. Ночной Париж ещё ярче засверкал серпантинами огней и заискрился золотыми брызгами. В дверь номера негромко постучали, я выбралась из кресла, где провела последний час в ожидании Бориса.
И вот мой сногсшибательный француз появился.
— Бонсуар! — сердечно поприветствовала я. — Вуаля! В конце концов, мы встретились. Заходите.
— Добрый вечер, — ответил Борис, закрывая за собой дверь. Он быстро осмотрел маленький номер, потом нерешительно остановил взгляд на мне, словно не зная, чего ждать от непредсказуемой русской дамы.
— Располагайтесь поудобнее, садитесь.
Уступив гостю единственное в номере кресло, я села на стул около стола.
— Борис, нам необходимо обсудить один вопрос.
— Какой же?
— Финансовый.
Борис встрепенулся — я не переставала его удивлять.
— Вот как?
— Видите ли, мне нужны деньги на развитие бизнеса. Неприятно признавать, но мой бизнес пока ещё находится в зачаточном состоянии. Это не потому что я никудышный предприниматель, нет, я, практически, гений, как Коносукэ Мацусита. Слышали об этом японце?
— Нет.
— Не важно. Но мне нужны инвестиции.
— А я-то здесь при чём?!
— Вы планируете с моей помощью получить наследство Леонара Бриссона. А я претендую на свою законную долю.
Борис резко откинулся в кресле и нахмурился. Он старался удержать эмоции, однако ничего не получалось. Изумление, разочарование и злость исказили его красивое лицо.
— Не понимаю, о чём вы говорите.
— Да бросьте! Вы прекрасно всё понимаете. Вы убили Изабель Бриссон, чтобы добраться до наследства её покойного мужа.
Борис на секунду замер, превратившись в истукана, а затем вдруг неуверенно рассмеялся.
— Да что вы!
— Вот именно. Вы убили Изабель Бриссон. А сейчас вам мешает Настя, так как она является единственной преградой между вами и наследством.
— Да это просто смешно!
— И не говорите. Когда женщину сбивают машиной и оставляют лежать с переломанными костями — это, не спорю, очень смешно… Но я не сентиментальна. Изабель Бриссон я почти не знала, да и к Насте не испытываю особой привязанности. Деньги — вот, что меня действительно интересует. Поэтому я готова вам помочь. Мне нетрудно будет убрать Настю с вашего пути, но, конечно, не за горячее мерси, а за долю в прибыли. Я — предприниматель до мозга костей. Мне нужны деньги на развитие бизнеса.
— У вас богатая фантазия, — хриплым голосом возразил Борис.
— О, до вас мне очень далеко! Вы настоящий дьявол. Вы не только обладаете удивительным воображением, но и умеете ловко вплетать придуманные вами фантазийные орнаменты в реальность. Поверьте, Борис, я эти деньги честно отработаю. Я уже нашла свидетеля убийства, он видел, как Изабель была сбита автомобилем. Полиция не сумела, а я смогла. Кроме того, я обнаружила джип — белый «ниссан» с помятым и окровавленным бампером.
— Вы нашли машину! — воскликнул Борис, но тут же поперхнулся собственным воплем и смутился.
Я насмешливо улыбнулась. Француз поднял руки вверх, капитулируя:
— Сдаюсь! Вы меня поймали.
— Борис, мне не нужно вас ловить. Я хочу с вами сотрудничать. Теперь вы понимаете, что только я смогу предъявить следователю доказательства того, что Настя убила тётушку?
— Вы очень убедительны.
— И потом, разве у вас есть выбор? Или мы играем в одной команде, или я сдаю вас с потрохами французской полиции и господину Жильберу Бриссону. Насколько я знаю, он высоко ценил Изабель, поэтому будет рад найти и наказать её убийцу.
— А вы гораздо умнее, чем я думал, — усмехнулся Борис.
— Вы, очевидно, сделали ставку на доверчивую блондинку. Извините, не оправдала ваших ожиданий.
— Не оправдали, — улыбнулся Борис, и от его улыбки у меня по спине побежали мурашки. — Но почему вы решили играть на моей стороне? Вы можете сдать меня полиции, и тогда наследство получит Настя.
