Чокнулись, выпили вино, причем я на нервной почве заглотнула на порядок больше Смолина, и наконец-то приступили к еде.
Во время ужина я выболтала ему, что не хотела идти на свадьбу, так как сестра нагло разрушила мои жизненные планы и ориентиры, но без «невинных» подробностей, конечно. А он мне рассказал историю про свою маму с ногой, зажатой подмышкой несостоявшегося йога. Я хохотала и не могла остановиться, особенно когда на месте этой парочки представила маму с дядей Борей.
— Ну хватит, успокойтесь уже, Вера. — Смолин чуть подался вперёд. — А то и правда подумаю, что напоил вас. Вы же сейчас лопните от смеха. — Он забрал бокал из моей трясущейся руки, вино в котором грозило расплескаться по всему столу.
— О, в этом вы можете не сомневаться, и правда напоили.
Посмотрела на него смеющимися глазами, а он ответил мне серьёзным взглядом, протянул руку и, касаясь моей щеки, убрал прилипшую к губам прядь волос. Представила, что он думает о своей растрепанной и пьяненькой помощнице… Кошмар.
— Вы нравитесь мне, Вера, — в ответ на мои мысли произнёс Смолин. И во взгляде, я не могла понять… Неужели нежность?
Ой-ой-ой… Что происходит? Сердце сорвалось в бешеный темп, пульс резко подскочил.
— Что вы имеете в виду, Олег Павлович? — Я попыталась не выдать волнения, но моя подружка паника уже стучалась в голову барабанной дробью.
— Только то, что сказал. Мне нравится на вас смотреть, вас нюхать и пить вино, сидя с вами за одним столиком в уютном ресторане. Вы мне нравитесь, Вера.
— Стоп, Олег Павлович! — Остановите этот скоростной поезд, который нёс меня в объятия шефа, или мне придётся прыгать. — Какое отношение ваша симпатия имеет к работе? Или это попытка охмурить меня? — Глаза лемура.
— Да, можно и так сказать, — согласился он без тени улыбки.
— Вы опять мне намекаете на мужские услуги без отрыва от производства?
Вот теперь он захохотал, запрокинув голову и позволяя мне любоваться его мощной шеей. Гад. Ну зачем? Зачем он это всё говорил… Я наблюдала за ним в тщетной попытке осмыслить происходящее.
— Послушайте, Вера, я сожалею о тех словах. — Отсмеявшись, он улыбался без тени сожаления. Ага, так я и поверила в его раскаяние! — Я много раз уже говорил, что присутствие рядом с вами Градова слегка нервирует меня.
— Неубедительно, Олег Павлович! Вы откровенно заявили тогда, что готовы помочь, оказывая так необходимые мне мужские услуги на работе! Это было... — Не нашла нужного слова.
— Да, но и я не отказываюсь от своих слов. — Опять засмеялся.
— Что? — Пора прыгать... Желательно в такси и тут же домой, приходить в себя. — Вам слово харассмент знакомо?
— Вера! Вы не можете быть так жестоки со мной.
— Отчего же? Очень даже могу, если вы продолжите свои домогательства.
Смолин поднял руки в примирительном жесте. Он снова подался вперёд всем телом, так, что разделяющий нас небольшой стол стал казаться и вовсе малюсеньким, а лицо Смолина приблизилось к моему практически вплотную, и теперь нас разделяли какие-то двадцать сантиметров.
— Но сейчас я говорю о других отношениях, без учёта производства. Я предлагаю вам встречаться, в том числе и вне стен офиса.
Звенящая тишина повисла над столом.
Его будоражащий взгляд впился в моё лицо и не давал мне откинуться на своем кресле. А у меня от волнения перехватило дыхание. В этот момент я четко поняла, что мне не хватает сил спрыгнуть с этого дурацкого поезда, и я лечу в ловушку, так искусно расставленную Смолиным, подхваченная водоворотом собственных неуправляемых чувств.
— Олег Павлович… — пыталась я что-то выдавить из себя, но безуспешно. Затем глубоко вдохнула и сделала вторую попытку. — Олег Павлович, я, конечно, очень польщена вашим предложением, но… — Замолчала, пытаясь найти правильные слова для отказа.
— Что но, Вера? Договаривайте! — Он тоже занервничал, или, возможно, ему передалось моё волнение. Смолин впился в меня взглядом.
— Но мне слишком нравится моя работа, чтобы я без оглядки пополнила ряды ваших Маргариток-Виолетток, понимаете? — Я с волнением посмотрела на него. Мне очень хотелось, чтобы он понял меня, и вместе с тем я боялась увидеть в его взгляде разочарование и приказ на увольнение.
— Я согласен с вами, в данной ситуации есть риск. И заметьте, не только для вас. Я тоже рискую потерять отличного помощника. Но, Вера, мы же взрослые люди, неужели мы не сможем найти компромисс?
— Я не знаю, Олег Павлович, — честно призналась я. — Думаю, в данной ситуации сложно давать какие-либо гарантии или строить прогнозы и вам, и мне.
— Уже одно то, что вы не отшили меня и все ещё сидите передо мной, говорит о многом. Я думаю, вы также, как и я, понимаете неизбежность происходящего. — Он накрыл мою ладонь своей, и миллионы мурашек побежали по телу. Как и в тот, первый раз, снова бросилось в глаза отличие наших рук на белой скатерти.
