В задумчивости изучив еду и едва не задохнувшись от чудесного запаха, девушка поднялась с кресла, пересекла комнату и отворила дверь. Коридор, в котором она оказалась, был совершенно не похож на тот, где исчез Мэтт. Он был светлым, но этот свет был не туманный, а какой-то золотистый и ясный. Девушка не смогла понять, отчего может исходить такой свет, потому что свечей в коридоре не было. Дверей не было тоже, кроме той, из которой она только что вышла. Вправо и влево убегали гладкие голубоватые стены. Потолок был низким и округлым, так что стены переходили в него, избегая прямых углов.
Виктория долго стояла возле своей двери и думала, куда ей отправиться: в левое крыло или в правое. В конце концов, решив, что они выглядят совершенно одинаково, она наугад выбрала правое направление и пошла по нему. Коридор оказался не таким уж длинным, как ей показалось вначале. Не прошло и пяти минут, как девушка вышла в просторную залу с задрапированными серой тканью стенами и целыми сетями паутины под потолком. Из залы имелось несколько выходов, и Виктория, почти не раздумывая, шагнула наугад в первый попавшийся, потому что она терпеть не могла пауков.
Этот вход привёл её в новый коридор, очень мрачный, с деревянными стенами и низким потолком. Виктория подумала вернуться и пойти куда-нибудь ещё, но отвращение к паукам пересилило, и девушка продолжила путь. В этом коридоре она впервые услышала какие-то звуки: шаги наверху, прямо над рассохшимся древесным потолком, и скрип двери, совсем как вчера. А потом снова воцарилась тишина. Правда, сегодня тишина была вовсе не такой немой и совершенно непроницаемой, как во вчерашней темноте. Сегодня тишина была живой. Она постоянно колебалась, менялась и творила в пространстве что-то невидимое и неощутимое. Даже когда никто не говорил, не ходил, не скрипел дверями и вообще не издавал никаких звуков, тишина Блунквилльского замка не была тишиной. Она сама по себе была каким-то неведомым звуков.
Виктория ускорила шаг. Скрипнувшая дверь отчего-то вызвала у неё дрожь. Хотя — и это невероятно удивляло девушку — страха как такого она вовсе не чувствовала. Место, в котором она находилась, и события, в которые она оказалась вовлечена, вызывали у неё удивление, любопытство, тоску, может быть, даже в некоторой степени ярость и отчаяние, но никак не страх. Несмотря на то, что Виктории было довольно неприятно бродить одной по столь мрачному месту, каким-то внутренним чувством она абсолютно точно осознавала, что бояться ей тут нечего и что здесь нет никого, кто мог бы причинить ей вред.
Между тем деревянный коридор закончился и вывел девушку на маленькую лестничную площадку. Это была совсем не такая лестница, по которой они с Мэттом поднимались вчера с первого этажа. Вероятно, эта лестница была чердачной — если, конечно, в замке вообще был чердак. Тонкие деревянные ступени, местами выжженные огнём, местами проеденные грызунами, диагональю тянулись вверх, теряясь в темноте.
Пока Виктория стояла, опёршись о покосившиеся перила и размышляя, стоит ли идти наверх, снова послышался дверной скрип. Несколькими этажами выше щёлкнул замок, затем послышались лёгкие и неторопливые шаги. Виктория кинулась по лестнице в надежде застать обитателя замка.
Первый пролёт вывел её в светлый и просторный коридор, совсем не похожий на чердачный. В коридоре никого не было, поэтому Виктория не стала останавливаться и побежала выше. Вторая лестничная площадка была ещё чище и больше. Её рассекала арка с резными колонами, открывающая вход в великолепный зал. Он был погружён в темноту, только отсветы зеркальных поверхностей таинственно искрились в полумраке, отражая друг друга и делая зал необъятным.
— Здесь есть кто-нибудь? — прокричала во тьму Виктория, сомневаясь, сюда или не сюда направился её таинственный преследуемый.
Ей ответило только слабое эхо. Впрочем, она тут же услышала шаги этажом выше, развернулась и снова бросилась вверх по лестнице. Начиная с этого этажа, ступени перестали быть деревянными и неустойчивыми, и девушка смогла теперь наступить на них без риска застрять или провалиться в нижнюю комнату.
Достигнув очередного пролёта, Виктория попала в длинную, но не очень широкую комнату. Это было совершенно простое помещение, без зеркал и пауков, с приглушённым светом и множеством дверей по обеим сторонам стены. Комната заканчивалась аркой, за которой шла ещё одна такая же комната.
Но на вторую комнату девушка не обратила внимания. Поднявшись по лестнице, она замерла на последней ступеньке и уставилась на того, кто стоял перед одной из дверей. Это была девочка лет семи, миниатюрная и очень хорошенькая, с большими карими глазами и пышным бантом в тёмных волосах. Коричневое платьице, похожее на школьную форму, ей невероятно шло.
