— Ты чего? — поинтересовался Мэтт, который всё ещё стоял в нескольких шагах от сестры.
— Ничего! Просто так! — отозвалась Виктория. Ей стало так хорошо и легко, как не было уже очень давно, словно родниковая вода да и сама атмосфера маленькой пещерки придали ей сил и бодрости. Тоска, пеленой накрывающая её душу, вдруг рассеялась, уступив место мечтательности и беззаботности. — Мэтт, давай тут ещё посидим!
Виктория легла на землю, положив под голову руки. В пещере царил полумрак, и несмотря на то, что свод её был совсем низким, он казался чёрным и далёким, как ночное небо, а сотни искрящихся под ним светлячков походили на звёзды.
— Ну, конечно! Мы разве куда-то спешим?
Мэтт подошёл к Виктории и опустился на колени рядом с ней. Они долго молчали, наблюдая за игрой светлячков, а потом Мэтт тоже лёг, и Виктория переместилась к нему на грудь.
— Тебе лучше? — спросил Мэтт, разглядывая лицо сестры, обращённое к нему. Она всегда казалась ему необычайно красивой и милой девушкой, сейчас же — особенно. Таинственное сияние пещеры жидким золотом отражалось в её глазах. С её полураскрытыми губами, с её длинными ресницами, завитками волос, спадающими на лоб, даже с каждой её веснушкой на носу не могло сравниться ничто на свете.
— Почти… — медленно отозвалась Виктория. — Мне хорошо, только немного грустно. Я не могу воспринимать всё это, как каникулы. На каникулах люди оставляют все заботы дома. А у меня есть несколько нерешённых вопросов.
— Про Керина? — догадался Мэтт.
— Да! — ответила Виктория. — И я не успокоюсь, пока не пойму, что же всё-таки происходит на самом деле.
— Не волнуйся! — беспечно откликнулся Мэтт. — Всё равно всё будет нормально!
Девушка ничего не ответила. Она отвела взгляд от Мэтта и стала разглядывать причудливый плоский фонарик, висящий на тонкой нити в полуметре от них. Воцарившуюся в пещере тишину нарушало только журчание ручейка.
— Знаешь… — вдруг проговорила Виктория. — С тех пор, как я оказалась в Блунквилле, я о таких вещах думаю, которые меня до этого совершенно не волновали…
— Правда?
— Ага! — продолжила девушка. — Я даже не представляла себе, насколько этот мир необъятен, сколько он вмещает в себя… Я раньше просто жила. Не думала, для чего живу, что со мной было до этого и что будет после, что вообще такое жизнь…
— Мне кажется, ответы на эти вопросы никто не может найти, — с сомнением проговорил Мэтт.
— А мне кажется, что Блунквилль — это как раз то место, где надо искать ответы. И я должна их найти, Мэтт, понимаешь? Только…только я так боюсь… Я очень боюсь, того, что могу узнать…
Виктория не плакала, но в голосе её звучала предельная печаль и мольба. Мэтт погладил её по волосам. Он хотел сказать ей тысячу слов, хотел успокоить её или подбодрить, но он снова не знал, что ей ответить. Он просто чувствовал, что та, прежняя Виктория, хрупкая легкомысленная девочка, которую он знал всю жизнь, безнадёжно от него ускользает. Что-то в ней менялось, и даже не чётко осознавая, что именно, он точно знал, что перемены необратимы.
Виктория прикрыла глаза. Тёплая рука Мэтта гладила её по голове, успокаивая, но чего-то ей всё равно не хватало. Она уже перестала понимать собственные желания. Золотое сияние плоского шарика таяло перед её прикрытыми веками, погружая всё вокруг во тьму. Казалось, она позволила себе расслабиться и забыться сном лишь на минуту, не больше.
Однако, блунквилльское время непостижимо, и эта минута вполне могла оказаться несколькими часами. Когда Виктория открыла глаза, Мэтта рядом не было. Девушка резко поднялась на ноги.
В дальнем конце пещеры, где золотистых шариков было совсем мало, а светлячки не летали вообще, виднелся чей-то силуэт. Этот человек сидел, прислонившись спиной к стене и вытянув вперёд ноги, а небесно-голубой плащ, небрежно наброшенный ему на плечи, стелился вокруг него по траве.
— Мэтт? — Виктория прищурилась и сделала шаг вперёд.
В следующую же секунду она узнала сидевшего перед ней мужчину. Чувство, испытанное ей при этом, было смесью смущения, удивления и интереса. Граф обворожительно улыбнулся и сделал Виктории знак сесть рядом. Она сделала ещё несколько шагов и остановилась прямо перед ним, но садиться не стала.
— Что вы…ты…вы… Что вы тут делаете? — запинаясь, спросила она.
— Просто отдыхаю! — отозвался граф таким мечтательным тоном, будто он и впрямь случайно заглянул сюда и решить на минутку присесть. — Здесь очень мило, правда?
— А где Мэтт? — воскликнула Виктория. Она вдруг испугалась, что он снова куда-нибудь исчезнет и ей опять придётся искать его по всему замку. — Где мой брат?
— О, он преспокойно спит у себя в комнате, — откликнулся граф. — Я просто подумал, что его присутствие может немного помешать нам. А мне бы не хотелось, чтобы нас что-то отвлекало, тем более в таком чудном местечке.
Он окинул рукой пещеру. Виктория огляделась, словно видела её впервые.
— Эта пещера… — медленно проговорила она. — Она точно такая же, как рисовала Даблъю…
