— Ну, ты же хотела место, где можно быть счастливой, так, детка? В последнее время ты полна переживаний, вот я и решил дать тебе немного счастья!
Виктория вспыхнула. "Он знает всё, с ужасом подумала она, всё, что со мной происходило и происходит сейчас".
— Быть может, ты всё-таки присядешь? — снова предложил граф. Его притворно-ласковый голос журчал почти как этот ручей, пересекающий комнатку.
Виктория задумалась, но всё же решила последовать его совету. Она сделала шаг и села, скрестив ноги, на мягкую землю рядом с графом. Он довольно ухмыльнулся.
— Итак, что же ты здесь делаешь? — спросила девушка, в упор глядя на графа. — Ты скажешь мне правду или нет?
— А ты назвала меня на "ты"! — заметил граф, усмехнувшись. — Умница, милая, я полагаю, наше будущее само собой обязывает нас к неформальному общению.
Виктория, сама не обратившая внимания на то, как она назвала графа, смутилась и растерялась. На несколько минут мысли у неё в голове совсем перепутались, и она позабыла всё, что хотела спросить.
— Наше будущее? Вы…ты… О чём ты? — девушка, наконец, с трудом заставила себя вымолвить слова.
— Наше будущее? Разве я сказал "наше"? — вскинул брови граф. — Похоже, ты слышишь то, что хочешь услышать.
Виктория совершенно оторопела и с непониманием уставилась на мужчину. Она готова была поклясться, что слышала, как он говорил "наше будущее". Он что, играет с ней? Или она действительно ослышалась?
— Я вовсе не хочу слышать ни о каком нашем будущем! — покачала головой Виктория, придя в себя через несколько секунд. — И если уж на то пошло, то меня больше интересует будущее моё и Мэтта! А ещё прошлое!
— Прошлое твоё и Мэтта? — уточнил граф.
— Нет, прошлое Керина! — ответила Виктория.
Граф вдруг развернулся к ней и положил свою руку на плечо девушки. Виктория никак не отреагировала, продолжая так же прямо и невозмутимо смотреть на графа.
— Прошлое — это реализованное будущее, будущее — это прошлое, которое ещё не настало, — заговорил граф, и в голосе его больше не звучало ни капли насмешливости или притворства. — Прошлое и будущее взаимосвязаны, и связь, их скрепляющая, — настоящее. Потому что настоящее — это всё, что есть у тебя и у твоего брата. И у Керина. Какое бы оно не было, это единственная реальность, доступная вам. Другого не дано.
— Но я же знаю, что помимо этого есть что-то ещё! — воскликнула Виктория. — Что-то большее! Что-то, что стоит над всем этим!
Граф сильнее сжал её плечо.
— Если ты имеешь в виду не какую-то конкретную жизнь, а вообще, то да, — проговорил он. — Будущее — уже было, прошлое — ещё повториться. Души рождаются и умирают, чтобы потом родиться вновь. Всё идёт по кругу и рано или поздно возвращается на свои места. Ты удовлетворена моим ответом?
— Да… — заворожено произнесла Виктория, глядя на графа, но не замечая ничего вокруг себя. — Значит, всё так… И я была права. Мы с Керином действительно встречались…
— Верно! — подтвердил граф. Отчего-то Виктории показалось, что оттенок его голоса выражал едва скрытую досаду. — Встречались… Он попал сюда. Твоя душа — душа девушки по имени Вероника — умерла, но теперь она возродилась в тебе.
— И это ведь не случайность, что мы с Керином встретились опять, правда? — вдохновенно подхватила Виктория.
Граф ничего не ответил. Девушка вскочила с места.
— Ты куда? — резко спросил мужчина.
— К Керину! — отозвалась Виктория, не оглянувшись на него. Она уже бежала к выходу из пещеры. — Мне надо поговорить с ним!
Выскочив из комнаты, Виктория стремительно понеслась по коридору.
— Керин! Керин!
Её голос эхом отскакивал от стен и высоких зеркальных потолков, проникал в щели дверей и вился по винтовым лестницам. Девушка бежала, не разбирая дороги. Глаза её не различали ничего кроме мутных пятен и ярких вспышек — весь мир превратился в сплошную размытую пелену; Виктория не сразу осознала, что это оттого, что она плачет.
— Керин! Керин! Керин!
Он не отзывался. Виктория не замедляла шаг. Врезаясь в стены, оступаясь на лестницах, она продолжала бежать дальше, ни на что не обращая внимания. Сердце её бешено колотилась, она задыхалась от отчаяния, а желание увидеть Керина прямо сейчас разрывало её на части.
— Керин! Керин! Это я, Вероника!
Он возник перед ней так неожиданно, словно ждал именно этих слов. Виктория врезалась в его грудь и отлетела назад, но он удержал её в своих руках, притянул к себе и обнял. Она чувствовала, что его сердце бьётся так же взволнованно, как и её.
— Керин, милый! — обнимая Керина, Виктория никак не могла восстановить дыхание после бега, поэтому голос её срывался. Слёзы нескончаемым потоком лились из её глаз. — Керин! Я всё знаю… Я знаю, что я — Вероника!
— Нет! — покачал головой Керин. — Больше нет. Вероника — в прошлом.
— Граф сказал, что прошлое и будущее едины и что они соединены в настоящем. Я знаю, что я была Вероникой! — она подняла на него заплаканные глаза и коснулась его щеки рукой. — Я знаю, что мы были вместе… Почему ты мне не сказал? Ты ведь узнал меня сразу, да? Ты сразу понял, что во мне живёт её душа, так ведь?