– Такая милая, такая деловитая. Я видел, как ты взрослеешь, Перрит, всегда рядом, верная и добрая. Взгляни на себя, у тебя есть такой чудесный муж как Двинк и замечательная маленькая дочурка. А теперь скажи мне, как ты думаешь, у тебя достаточно своих забот или ты сможешь помочь мне? Подумай хорошенько, тебе не надо отвечать прямо сейчас.
Перрит выглядела озадаченной, но ответила сразу же.
– Я не буду раздумывать, отец настоятель, когда дело касается Вас или аббатства, я бы с радостью сделала всё, что нужно.
Глисэм ласково взял её лицо в ладони.
– Ты бы хотела стать аббатисой Рэдволла?
Двинк бросился вперёд, чтобы обнять Перрит.
– Конечно, хотела бы, моя Перрит будет чудесной аббатисой!
Сестра Фиалка держала маленькую Митти. Та соскочила с её колен, бросившись к маме.
– Моя мамочка будет аботицей! Ура!
Двинк подбросил дочурку в воздух и засмеялся.
– Да, с этим не поспоришь, не так ли? Ха-ха-ха-ха!
Боузи шептался с Кротоначальником:
– Мне грустно признать это, но я упустил два таких шанса – стать поваром или аббатом!
Крот не замедлил с ответом:
– Бурр, зато уж аппетита своего ты точно не упустишь, да уж!
Лэрд Лучник громко чихнул в носовой платок.
– Благодарю вас, сэр! Уж что-то, а на аппетит я не жаловался никогда, именно поэтому мой дедуля прогнал меня из родового замка Лучников.
Перрит облокотилась на кресло аббата. Её так и подмывало задать вопрос.
– Вы уверены, что именно этого хотели, настоятель?
Аббат ответил без тени сомнения.
– Абсолютно! О да, с этого момента ты можешь забыть мои титулы. Я всего лишь старый Глисэм, для тебя и для жителей твоего аббатства.
Симпатичная белочка не сдержала восклицания:
– Моего аббатства? Это очень большая ответственность. А чем вы теперь займётесь, насто… эээ, Глисэм?
И снова ответ прозвучал незамедлительно.
– Буду учить детвору, я давно мечтал об этом – передавать знания нашим малышам. Да и не только малышам. Амфри Колючка!
Большой ёж отсалютовал:
– Звали меня, сэр?
Старая соня крепко взяла Амфри за лапу.
– Твоё образование продолжится, как только мы вернёмся в аббатство. Я научу тебя читать и писать. Это понятно?
Амфри послушно кивнул.
– Да, сэр. А когда это будет?
Глисэм пожал плечами.
– Теперь не мне это решать, спроси новую аббатису, она скажет.
Амфри повернулся к Перрит.
– Матушка аббатиса!
Белочке очень хотелось хихикнуть, когда он повторил свой вопрос. Амфри был всего на три сезона старше Перрит, а называл её матушкой. Перрит старалась заставить себя говорить спокойно.
– Ммм… мы здесь уже три дня, а ты как думаешь?
Двинк, чувствуя себя советником, задумчиво почесал пушистый хвост.
– Думаю, что ещё на пару дней мы задержаться можем.
Малышка Митти потянула маму за передник.
– Тли дня, останемся есё на тли дня, мамуля!
Не в силах отказать, Перрит обняла дочку.
– Хорошо, три дня и ни минутой больше, мисс! Всех устраивает такое решение?
Даббл перестал дуть на мятный чай.
– Матушка аббатиса, Лог-а-Лог Гарул и Гуосим ушли три сезона назад. Но Гарул обещал вернуться в Рэдволл через 5 сезонов. Это значит, что их следует ожидать нынешней зимой. Настоятель Глисэм сказал, что им будут рады. Что думаете вы?
Перрит очень нравился юный повар, она сердечно пожала ему лапы.
– Ну разумеется, даже речи быть не может, повар Даббл. Любой, не важно, птица или зверь, если он добр и чист сердцем, всегда найдёт приют в нашем аббатстве и сможет оставаться в нём столько, сколько пожелает. Наши ворота всегда открыты для тех, кто приходит с миром. Это всегда было рэдволльским обычаем, и я буду соблюдать его всегда.
Глисэм откинулся в кресле и закрыл глаза. Дремая под тёплыми полуденными солнечными лучами, старая соня ощущала мир и покой. Он сделал правильный выбор. Его любимое аббатство в хороших и мудрых лапах.
Ниже приведён отрывок из записей летописца, найденных в сторожке привратника внучкой старой аббатисы Перрит.
