Сэнтаро нельзя назвать успешным. Мечта стать писателем осталась лишь мечтой, за плечами годы не самой счастливой юности, а еще он слишком много пьет. Свои дни Сэнтаро проводит в крошечной кондитерской, где продает дораяки — традиционное японское пирожное, состоящее из двух бисквитных блинчиков с прослойкой из сладкой бобовой пасты. Бизнес не слишком прибыльный, ведь вкус бобовой пасты в его дораяки оставляет желать лучшего, и все-таки Сэнтаро требуется помощник, чтобы управляться с кондитерской.Так в его жизни появляется жизнерадостная старушка Токуэ-сан. Сэнтаро понимает, что женщина скрывает какой-то секрет, но готов простить ей все, ведь она знает рецепт лучшей бобовой пасты!Благодаря Токуэ-сан кондитерская становится самым популярным местом в городе. Однако чем больше посетителей заходят за вкуснейшими дораяки, тем чаще в городе обсуждают обезображенные руки Токуэ-сан…
あん
ドリアン助川
Печатается с разрешения POPLAR PUBLISHING CO., LTD при содействии агентств Japan UNI Agency, Inc и Vicki Satlow of The Agency srl
Перевод с японского
Иллюстрации
Дизайн обложки
Руководитель по контенту
Ведущий редактор
Литературный редактор
Корректоры
Компьютерная верстка
Продюсер аудиокниги
Специалист по международным правам
© Durian Sukegawa 2013, 2015
First published in Japan in 2013 by POPLAR PUBLISHING CO., LTD. and revised edition published in 2015 by POPLAR PUBLISHING CO., LTD.
© Коваленин Д., перевод, 2024
© Увижева А., иллюстрации, 2024
© Издание на русском языке, оформление. Строки
Сластью бобов соблазненная,
Позволяю себя завести
В самую глубь чьей-то жизни.
Торговый квартальчик Сакура-дори. Кондитерская «Дорахару».
Весь этот день, — впрочем, как и в любой другой, — Сэнтаро суетился вокруг жаровни.
Лавочка «Дорахару» тулилась между других магазинчиков в нескольких метрах от железнодорожного полотна. По обочинам этой улочки уже распускались сакуры, но железные ставни у большинства заведений оставались опущены до земли.
И все же с началом весны прохожих за окном прибавилось. Особенно молодежи. Похоже, нежно-розовые лепестки так и притягивали сюда всю округу.
Вот и теперь на тротуаре стояла какая-то старушка в белом. Заметив ее, Сэнтаро тут же опустил взгляд обратно к миске, в которой взбивал тесто. Что ж! Одна из сакур растет прямо за окном и уже расцветает пышным облачком, вот бабуля и остановилась полюбоваться, решил было он.
Но когда снова взглянул за окно, старушка стояла на том же месте. И смотрела, похоже, совсем не на сакуру, а прямо на него, Сэнтаро. Он машинально кивнул. Суховато улыбнувшись, она приблизилась к его окошку.
А лицо-то знакомое, подумал Сэнтаро. Кажется, она уже заглядывала в «Дорахару» пару дней назад.
— Вот это! — сказала вдруг старушка. И, подняв крючковатый палец, ткнула в строчку объявления на оконном стекле. — «Возраст не имеет значения». Это правда?
Венчик в руке Сэнтаро застыл.
— Смотря о ком вы подумали, — отозвался он. — О внучке?
Не ответив, старушка прищурила один глаз. Под порывом легкого ветерка ветви сакуры заколыхались. Несколько лепестков, залетев в окно, спланировали прямо на жаровню.
— А что… — Старушка наклонилась ближе. — Я вам не подойду?
— П-простите? — не понял Сэнтаро. Но она однозначно указывала пальцем на себя.
— Я и сама давно о такой работе мечтала…
Не сдержавшись, он хохотнул.
— А вам сколько лет?
— Полных — семьдесят шесть.
Как бы ее не обидеть? Сэнтаро поводил венчиком вверх-вниз, подыскивая слова.
— Но… Я плачу совсем мало. Шестьсот иен в час.
— А? Что, простите?
Старушка приложила к уху скрюченную ладонь.
Сэнтаро навалился на подоконник животом. Обычно в такой позе он вручал сладкие лепешки малым детям и старикам.
— Я говорю, плачу совсем мало! А помощник нужен, но не такой пожилой!
— Ах, вот вы о чем? — Ее крючковатый палец уткнулся в сумму на объявлении. — Ну, я-то и на половину согласна… За триста иен! Пойдет?
— Триста??
«Ну да!» — улыбнулись ее глаза из-под шляпы.
— И все-таки… лучше не стоит. Прошу понять меня правильно!
— Меня зовут Ёсии Токуэ. Ч-что?
Похоже, глуховатая старушка не понимает, что ей говорят, подумал Сэнтаро. И скрестил перед нею ладони, изображая отказ: нет, мол, так не пойдет.
— Мне очень жаль… — тут же добавил он.
— Ах, вот как?!
Ёсии Токуэ смотрела на него в упор. Глаза ее были разной формы.
— Это тяжелый физический труд, — пояснил Сэнтаро. — Уверен, вам это не…
Он не договорил. Токуэ Ёсии удивленно вытянула губы трубочкой — так, будто собралась втянуть в себя воздух. И указала на дерево у себя за спиной.
— Кто это посадил? — спросила она Сэнтаро.
— Что??
— Вот эту сакуру, — уточнила она, глядя уже на дерево. — Кто ее посадил?
Сэнтаро окинул взглядом пышную крону.
— Понятия не имею.
— Но кто-то же посадил ее, верно?
— Прошу прощения! Я не из этих краев…
Похоже, Токуэ Ёсии собиралась сказать что-то еще. Но увидев, как Сэнтаро перехватил венчик для теста, добавила только: «Еще приду!» — и, отойдя от его окошка, заковыляла куда-то в противоположную от станции сторону. Походка ее была скованной, напряженной.
Сэнтаро опустил взгляд — и продолжил сражаться с тестом.
