1) Намеревается ли Секретариат защитить меня от непрерывной трёхлетней (мягко было бы назвать её "недружественной") клеветы у меня на родине? (Новые факты: 5.10.67 в Ленинграде в Доме Прессы при многолюдном стечении слушателей главный редактор "Правды" Зимянин повторил надоевшую ложь, что я был в плену, а также нащупывал избитый приём против неугодных - объявить меня шизофреником, а лагерное прошлое - навязчивой идеей. Лекторы МГК выдвинули новые лживые версии о том, будто я "сколачивал в армии" то ли "пораженческую", то ли "террористическую" организацию. Непонятно, почему не увидела этого в деле Военная Коллегия Верхсуда.)
2) Какие меры принял Секретариат, чтобы отменить незаконный запрет моих печатных произведений в библиотечном пользовании и цензурное распоряжение изымать мою фамилию из упоминания в критических статьях? (В "Вопросах литературы" так поступили даже... в переводе японской статьи. В Пермском университете подвергнута санкциям группа студентов, пытавшихся обсуждать мои печатные произведения в своём научном сборнике.)
3) Хочет ли Секретариат предотвратить бесконтрольное появление "Ракового корпуса" за границей или он остаётся равнодушен к этой опасности? Делаются ли какие-нибудь шаги для печатания отрывков из повести в "Литературной газете", а всей повести - в "Новом мире"?
4) Нет ли у Секретариата намерения ходатайствовать перед правительством о присоединении нашей страны к международной конвенции об авторском праве? Тем самым наши авторы получили бы надёжное средство защиты своих произведений от незаконных зарубежных изданий и бесстыдной коммерческой гонки переводов.
5) За прошедшие полгода от моего письма Съезду прекращено ли наконец распространение незаконного "издания" отрывков из моего архива и уничтожено ли это "издание"?
6) Какие меры принял Секретариат к возвращению мне изъятого архива и романа "В круге первом", кроме публичных заверений, что они уже якобы возвращены (секретарь Озеров, например)?
7) Принято или отвергнуто Секретариатом предложение К. М. Симонова издать сборник моих рассказов?
8) Почему я до сих пор не получил стенограммы заседания Секретариата 22 сентября для её изучения?
Я был бы очень признателен за разъяснение этих вопросов.
Солженицын
[7]
ЧЛЕНУ СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ СССР
Скоро год, как я послал свое безотзывное письмо съезду писателей. С тех пор ещё дважды я писал Секретариату СП, трижды был там сам. Ничто не изменилось и по сегодня: мой архив мне не возвращён, книги не издаются, имя под запретом. Я настойчиво предупреждал Секретариат об опасности ухода моих произведений за границу, поскольку они давно и широко ходят по рукам. Секретариат же не только не помог напечатанию уже набранного в "Новом мире" "Ракового корпуса", но упорно противодействовал тому, даже воспрепятствовал московской секции прозы обсудить 2-ю часть повести.
Упущен год, неизбежное произошло: на днях главы из "Р. Корпуса" напечатаны в литературном приложении к "Таймс". Теперь не исключены и другие публикации - быть может с неточных и неокончательных редакций повести. Происшедшее вынуждает меня ознакомить нашу литературную общественность с содержанием прилегающих писем и высказываний - чтобы стала ясна позиция и ответственность Секретариата СП СССР.
Прилагаемое изложение заседания Секретариата 22.9.67, записанное лично мною, разумеется не полно, но совершенно достоверно и может служить достаточной информацией до опубликования полной стенограммы
16.4.68
Солженицын
Приложения:
1. Мое письмо всем (сорока двум) секретарям СП oт 12.9.67.
2. Изложение заседания в Секретариате 22.9.67.
3. Письмо К. Воронкова 25.11.67.
4. Моё письмо в Секретариат 1.12.67.
[8]
В СЕКРЕТАРИАТ СП СССР
- Журнал "Новый мир"
- "Литературная газета"
- Членам СП
В редакции "Нового мира" меня познакомили с телеграммой:
"НМ0177 Франкфурт на Майне Ч2 9 16.20 Твардовскому Новый мир
Ставим вас в известность, что комитет госбезопасности через Виктора Луи переслал на запад ещё один экземпляр "Ракового корпуса", чтобы этим заблокировать его публикацию в "Новом мире" Поэтому мы решили это произведение публиковать сразу
Редакция журнала "Грани" "
Я хотел бы протестовать против публикации как в "Гранях", так и осуществляемой В. Луи, но мутный характер телеграммы требует прежде всего выяснить
1) действительно ли она подана редакцией журнала "Грани" или подставным лицом (это можно установить через международный телеграф, запросом московского телеграфа во Франкфурт на Майне)?
2) кто такой Виктор Луи, что за личность, чей он подданный? Действительно ли он вывез из Советского Союза экземпляр "Ракового корпуса", кому передал, где грозит публикация ещё? И какое отношение имеет к этому Комитет Госбезопасности?
Если Секретариат СП заинтересован в выяснении истины и остановке грозящих публикаций "Ракового корпуса" на русском языке за границей, - я думаю, он может быстро получить ответы на эти вопросы.
