– Зачем ты это делаешь? Отпусти нас, – просила Хезер. Стив был не похож на себя. На нем не было клетчатой рубашки или футболки с джинсами. На нем была рубашка и темные брюки с дорогой обувью. Она не видела его в костюме очень долго. Он все время говорил, что костюм это не для него. Что это слишком пафосно и неудобно.
– Ты такая дура, – он покачал головой. Макс молчал. Его шестеренки работали. Он смотрел и изучал. Было понятно, что они нужны им живые и что они чего-то ждут или кого-то.
– Зачем ты так? Мы же были вместе? Зачем ты делаешь мне больно? – она сжала кулаки, веревки слишком больно давили на ее запястья.
– О, Хез, да ладно тебе, – он закатил глаза. – Я просто трахал тебя и просто хотел быть твоим первым парнем. Что-то типа «пометил» тебя.
– Но, я же любила тебя.
– Плевать я хотел на тебя. Ты мне была нужна для того, чтобы втереться в доверие.
– Сволочь, – выплюнула она. – Мудак, с маленьким членом!
– Ох, – Стив прижал руку к груди. – Больно, однако, – Стив сделал «обиженный» вид.
– Что тебе перепадет от всего этого? – спросил Макс, чуть наклонив голову в бок. Стив посмотрел на него.
– О, Макс, как я мог забыть про тебя. Мальчик, который умер на войне. Не хорошо обманывать свою страну, – Стив покачал головой.
– Так, что? – пропустив его слова, повторил Макс.
– Много чего, – Стив пожал плечами.
– Например?
– Деньги, власть, свобода, – хмыкнул парень.
– Мэдисон, – чуть сощурив глаза, предложил Макс, и Стив улыбнулся.
– А ты не глупый, – хмыкнул Стив. – Да, это крошка будет моей, мы похожи. Ей нравится красоваться на всяких обложках, а мне не стыдно появиться с ней на людях.
– Если бы не я, то про тебя бы никто не узнал! А Мэд моя подруга, – крикнула Хез.
– Какая же ты все-таки глупая, – Стив снова повернулся к ней. – Твоя Мэд, отсасывала мне каждый раз, когда мы оставались одни. Даже на день рождение твоего отца, я трахал ее в твоей комнате, ты настолько слепа, что ничего не видела перед своим носом.
– Я не глупая, – ее голос стал тише. Стив хотел что-то сказать, но дверь позади открылась, и в комнату занесли Вернона и пристегнули его к батарее.
– Папа, – тихо всхлипнула Хез.
– Все нормально с ним будет, – сказал Стив, – и прекрати реветь, действуешь на нервы.
Стив подошел к двери, и еле заметно кивнув парням, вышел за дверь. Макс следил за их действиями, нужно было придумать, как выбраться самому и вытащить отсюда Хезер. Парни, что стояли у стены, подошли к Хезер и отвязали ее.
– Отпустите меня, – кричала она и начала бить и царапать парней ногтями.
– Заткнись, – прорычал парень, у которого теперь на щеке красовалась несколько царапин. – Ты поплатишься за это, – добавил он и ударил ее по лицу. Макс дернулся, но сделал только хуже.
Хезер вывели за пределы комнаты и громко хлопнули дверью. Макс сжал челюсть и попытался выдернуть руки из этих глупых веревок. Он успокоился и начал осматриваться. Он увидел Джорджа, который что-то делал.
– Что ты делаешь? – спросил Макс.
– Пытаюсь снять веревки.
– Мы должны их снять до того, как они вернут Хезер, – сказал Макс, Джордж согласился и продолжил дальше.
Макс терпеть не мог то, что он не мог двигаться. Он ненавидел то, что не мог контролировать, и он ненавидел то, что он стоит на коленях со связанными руками и несколькими синяками. Он ненавидел то, что эти люди, напомнили ему то, что забывал на протяжении нескольких лет.
Jonah Kue – Belong
***
Макс и Джордж просто ждали. Вернона вернули в комнату, и он только начал приходить в себя после полученных ударов. Макс прислушался, снаружи была тишина, но он был уверен, что слышал голос Хезер.
Макс чувствовал, как тело тяжелеет. Пронзительная боль постепенно сменялась тупой и ноющей, но отдавалась в каждой ране и синяке. Казалось, на его теле и живого места не осталось. Чужакам пришлось изрядно потрудиться, особенно старался Стив, чтобы вырубить Макса, но все же это им удалось и он, превозмогая боль, отключился.
***
– Ты знаешь, с чем связаны твои сны? – спросила женщина средних лет у пятнадцатилетней девушки.
– С… – она нахмурила брови… – с тем, что произошло с моей семьей?
– Что произошло с твоей семьей? – голос женщины был мягок.
– Мою маму и брата убили у нас в доме, – ее голос дрогнул.
– Ты помнишь то, что произошло тогда?
