В указанном районе старались появляться со стороны солнца. Там ходили парами в поисках врага. Если не находили его в воздухе, штурмовали наземные цели, выбирая их по своему усмотрению. Встречали "мессеров", "фоккеров" связывали их боем, в самый подходящий момент использовали свой новый прием, который, как правило, приносил нам успех. Но вражеские летчики - тоже не простаки. Вскоре и они станут увертываться от наших приемов тем же способом.
Каждый воздушный бой мы тщательно анализировали, извлекали для себя уроки, делали выводы.
Краснов особенно много внимания уделял взаимодействию в парах. Он предъявлял высокие требования к командиру пары, который, по его понятию, подобно архитектору, должен еще до закладки фундамента видеть контуры будущего здания, представлять себе, как может сложиться воздушная схватка. "Ведущий-творец боя!" - это Краснов настойчиво внушал каждому из нас.
- Если цель своевременно замечена, быстро и правильно занята исходная позиция, дерзко и решительно проведена атака - вы неизменно поставите противника в положение обороняющегося, - убежденно говорил командир эскадрильи. - А в обороне, всем известно, не развернешься, она сковывает инициативу, ограничивает свободу маневра, что уже само по себе равносильно поражению. Вот так должен действовать, организовывать бой свободный охотник. Были у Краснова и на ведомого свои сложившиеся взгляды. Главную его функцию он видел в защите командира, обеспечении полной безопасности. А это требовало особого мастерства и исключительной выдержки. Ведомые нередко увлекались атаками противника, забывали о своей главной обязанности и в результате подводили себя и ведущего.
- Научишься оберегать командира - будешь потом сам ценить ведомых. Взаимодействие пары предполагает обоюдную заботу друг о друге, в противном случае успеха не видать, - поучал летчиков майор Краснов.
Постепенно наши пары превращались в своеобразные "летающие крепости" - к ним никто не мог подступиться, а их огонь был неотразим. Боевая взаимовыручка незаметно вырастала в большую воинскую дружбу. В эскадрилье складывался прекрасный, сплоченный коллектив, где все - успехи, неудачи, радости, горести - было общим, где каждый стоял горой за другого.
Олега Смирнова мы наделили партийной властью, Анатолия Володина комсомольской. И сразу же почувствовали результаты их деятельности: начали по очереди выпускать юмористический боевой листок, проводить политические информации. Помню, какую бурю гнева вызывали в наших сердцах материалы о судебных процессах над изменниками Родины. Для меня все гитлеровские прислужники были на одно лицо - похожими на того старосту, которого видел на Кубани.
...Наша боевая деятельность была в разгаре, когда пришло извещение о том, что в Днепродзержинске состоится летно-тактическая конференция 9-го смешанного авиакорпуса.
Ехать пришлось мне: за два дня до вызова от нас внезапно ушел майор Краснов в полк Онуфриенко.
Мы предчувствовали, что человек с таким опытом и умом долго не задержится на одном месте. Но когда узнали о его перемещении - всем стало грустно. Понимали: в должности заместителя командира полка Краснов принесет больше пользы, однако им еще не было сказано последнее слово в должности командира эскадрильи охотников. Я намекнул об этом Григорию Онуфриенко, тот совершенно неожиданно ответил:
- Последнее слово за тобой, Скоморох, принимай эскадрилью - это приказ комдива.
Опешив от такой новости, я не знал, что сказать: мне не нравилась скоропалительность назначения.
- Все будет хорошо, Скоморохов, - добавил Онуфриенко, видя мое замешательство. - Эскадрилья в оперативное подчинение передана полку, так что рассчитывай на мою поддержку и помощь...
Вот так я очутился на корпусной конференции.
Не думал, что этому мероприятию придадут такое большое значение: в нем приняли участие командующий фронтом генерал армии Р. Я. Малиновский, представитель Ставки Верховного Главнокомандования Маршал Советского Союза А. М. Василевский, наш командарм генерал-лейтенант авиации В. А. Судец и другие вышестоящие начальники и командиры.
Цель конференции - обобщить опыт боевых действий авиаторов корпуса. Выступали многие летчики, делились своими соображениями, наблюдениями, выводами, давали советы, вносили предложения. Мой блокнот пополнился очень ценными записями.
В заключение выступили Р. Я. Малиновский и А. М. Василевский. Они одобрили работу конференции, порекомендовали обобщенный опыт довести до каждого летчика.
Я не предполагал, что в ближайшие дни после окончания конференции снова встречусь с Маршалом Советского Союза А. М. Василевским, но уже при совершенно других обстоятельствах.
Нашей эскадрилье было поручено прикрытие самолета, на котором следовали с аэродрома Морозовка А. М. Василевский и сопровождавшие его генералы.
Помню, получая приказ, я спросил Онуфриенко:
- Почему остановились именно на нашей эскадрилье? Мы же все-таки охотники...
Тот в ответ хитро подмигнул:
- Прикрывать высокое начальство - дело особо почетное.
А ты уже имеешь опыт общения с ним. Вот тебе и карты в руки.
