Тэнк покачал головой, и ещё одна стационарная вешалка улетела в угол. Так мы и продолжали: я повышал ставки, а Тэнк занимался разрушением окружающей обстановки, изредка обрушивая на меня матерные ругательства. Вот он снова поднял над собой широченную лавку и уже замахнулся, чтобы запустить ей в меня, но тут я произнес:
— Тысяча баксов, Тэнк!
Тэнк вдруг замер и медленно опустил лавку на землю. Затем он протянул руку в приветствии и направился ко мне. Запись кончилась. Я застал Эббота не в лучшем расположении духа — он был дисквалифицирован прямо во время игры в американский футбол (чем и занимался до того, как начал участвовать в боях) за избиение соперника. Теперь ему грозило отчисление из колледжа, и поэтому парню, который еще не знал какая судьба его ждем впереди, срочно нужны были деньги. Я же предложил ему не просто так бить людей, а делать это за деньги.
Сема смотрел то на меня, то на камеру, пытаясь понять, что все это значит.
— Так что, этот громила согласился? — не выдержал он. — Ну, на тысячу долларов?
— Согласился, — кивнул я. — Но с условием, что даст окончательное согласие только тогда, когда увидит живые деньги.
— Лихо ты, — восхитился Семён. — А как ты так узнал, что к нему именно такой подход нужен?
«Был бы ты профессионалом, тоже бы умел к разным людям подход находить» — подумал я, а вслух коротко сказал:
— Интуиция!
— То-то я думаю, что это за грохот такой раздавался за дверью, — сказал Семён. — Думаю, неужели вы с ним сразу повздорили?
Я убрал камеру обратно в сумку, и мы направились к выходу.
— Куда мы теперь? — спросил Семён, когда мы вышли на улицу.
— В соседний университет, — ответил я, чеканя шаги, и на всякий случай уточнил: — В политехнический.
— А кто там у нас? — В этот момент Сёма все больше и больше напоминал случайно встреченного знакомого, увязавшегося на чужую прогулку от безделья.
— Там учится Чак Лиделл, — бесстрастно ответил я.
— Господи, это кто ещё? — Семён недовольно поморщился и проводил взглядом томную полураздетую красотку, не спеша прогуливавшуюся по противоположной стороне улицы.
— Сём, ты о чем думаешь? — спросил я, поймав его взгляд. Я не мог сдержать улыбки: мой «промоутер» был похож на школьника-отличника, которого впервые застукали за чем-то постыдным. Он покраснел и залепетал:
— Да нет, я ничего, я это… ни о чем! — вдруг выпалил он.
«Надо же, вот наконец-то и правду сказал», — саркастически подумал я.
— Чак Лиделл, — объяснил я, продолжая идти, — это капитан местной сборной по борьбе.
— Он здесь учится, что ли? — спросил Семён.
— Нет, блин, поваром подрабатывает, — чуть раздражённо сказал я. — Ну конечно, учится, что ты какие глупые вопросы задаешь!
— Ну и чего ты тогда от него надеешься добиться, — разочарованно протянул Сёма. — Чувак получает стипендию, и она у него приличная. За каждое выступление идут ещё гонорары. Из-за не пойми какого проекта и штуки баксов он вряд ли будет менять свои планы. Тем более у него наверняка все расписано.
— А я ему покажу вот это кино, — я со значением тряхнул сумкой с камерой.
— Главное, чтобы он его ещё согласился посмотреть, — пробурчал Сёма.
— Не переживай, — весело сказал я. — Посмотрит, куда денется!
Так, за разговорами, мы почти незаметно дошли до политехнического института. Зайдя внутрь, мы немного растерялись. Толпы студентов носились в разные стороны, создавая броуновское движение.
— И как нам здесь найти этого Чака? — растерянно протянул Семён.
— Сейчас что-нибудь придумаем, — ответил я, соображая, как быть. Я остановил какого-то парня, который показался мне выглядящим более спортивным, чем остальные.
— Послушай, друг, — сказал я. — Не подскажешь, как бы нам найти Чака Лиделла?
— Чака? — переспросил парень. — Да он сейчас в общаге с пацанами тусуется, у них перерыв до вечера.
— А как пройти в общагу? — спросил Семён.
— Да вот во двор выходите, — махнул рукой студент, — и справа, чуть наискосок, и будет общага. Комната Чака на втором этаже, третья по левую руку.
Поблагодарив паренька, мы отправились по указанному им маршруту. Мне нравилась атмосфера студенчества. Эти ребята были ещё совсем молодые, только начинали свой путь. Я хорошо помню эти ощущения, когда вся жизнь ещё впереди, никаких серьезных проблем ещё не встречалось, ты весел и полон сил и кажется, что так будет всегда.
«Да, если уж мне было суждено провалиться в какую-то другую жизнь, хоть бы возможность выбора дали», — с лёгкой досадой подумал я, наблюдая, как двое чернокожих студентов в шутку дерутся между собой за какую-то тетрадку. «Я бы с удовольствием выбрал побыть ещё раз студентом, даже не так важно, где именно».
Из-за двери Чака доносились громкие голоса, перебивающие друг друга, и шум телевизора. Судя по всему, наш борец с друзьями смотрел какой-то фильм, параллельно обсуждая происходящее на экране. Я постучал в дверь кулаком, чтобы меня уж точно услышали. Через несколько мгновений дверь открылась.
— Вам чего? — спросил накачанный парень, в недоумении усилившийся на нас.
— Я ищу Чака Лиделла, — ответил я.
Обитатель комнаты смерил меня изучающим взглядом.
